Самоход. «Прощай, Родина!»

Мостик строили задолго до войны колхозом, и нагрузка была рассчитана на подводы и полуторки.

Следом – развилка дорог. На снегу следы накатаны – от гусеничной техники, покрышки грузовиков.

Виктор остановился – куда направиться? Он не представлял, где находится. Ближе к нашим налево или направо? И по звездам не сориентируешься, где восток, небо тучами затянуто, луна ими скрыта. Тем более что линия соприкосновения вовсе не прямая с юга на север, а причудливо извита.

Он решил свернуть направо, доверившись интуиции, и через несколько километров проскочил мимо грузовика, стоящего на обочине, не успев заметить его марку.

А впрочем, на модель нет смысла обращать внимание. У немцев, кроме своих, исконных, были грузовики со всей Европы – чешские, французские, наши трофейные. Немецкие водители уважали наши «захары» – как называли ЗИС-5 наши шоферы. Прост в ремонте, хорошая проходимость по грязи, хоть и не полноприводный, не боится перегруза.

И в нашей армии к сорок третьему году автопарк был разношерстным.

Кроме отечественных в нем было полно немецких моделей, а также поставленных по ленд-лизу, большей частью американских. Почти все армейские авто американского происхождения имели привод на все оси, что для отечественных было редкостью.

Когда Виктор проскочил мимо грузовичка, он понял, что рядом с ним висел какой-то знак. При работающей фаре глядишь – и рассмотрел бы, а сейчас дорогу смутно улавливал; просто она темнее была, чем окружающий пейзаж. Люк не открывал – и без этого холодно, а через триплекс обзор плохой; а тут еще тягач швыряет вверх, вниз, в стороны.

Он проехал еще с полкилометра, и прямо посередине дороги увидел пушку, да еще и не брошенную – расчет вокруг нее суетится. А главное – понять не могут, что на них мчится. По лязгу гусениц, по реву двигателя – танк, но больно уж низкий, едва выделяется на фоне дороги.

Слава богу, не выстрелили.

Виктор остановился перед пушкой. Наша «сорокапятка», расчет в тулупах – немцы тулупов не имели. Стало быть, свои. Он открыл люк механика-водителя:

– Фу, чертушка! Напугал! Вроде по звуку танк, а не видно.

– Не знаешь, где отдельная танковая бригада?

– Полегче что спроси… Тут сейчас все вперемешку. А впрочем, метров триста вперед, справа танк стоит – у экипажа узнай.

Виктор тихо объехал пушкарей. Неужели все прикрытие от немцев – вот эта единственная пушечка по прозвищу «Прощай, Родина!»? Или он в темноте других не увидел?

Через несколько минут справа от дороги показался силуэт танка.