Пара, взявшись за руки, рассказала о своей любви и невозможности завести семью в СССР. А Бернадет и Анна, рыдая, выложили правду про лагерь смерти и про то, что Лена и Аня сестры. Вообще говоря, госпожам Леру могло здорово достаться за обман, за полученное Аней нечестным путем гражданство Франции. Но, услышав историю их жизни, журналисты пришли в неистовый восторг, Бернадет с Анной позвали на телепрограмму, они пришли вместе с Владимиром и Еленой, последние прекрасно говорили по-французски. Рыдали все: гости, ведущий, зрители по ту сторону экрана.
Хозяин студии стал задавать Володе и Лене заковыристые вопросы по истории Франции, молодые люди верно ответили на все. И тогда тележурналист, глядя прямо в камеру, заявил: «Эти молодые люди хотят жить счастливо и свободно, они не желают трястись от страха и голода в полицейском СССР. Владимир и Елена любят Францию, блестяще знают ее историю, свободно говорят на языке Виктора Гюго и Онорэ де Бальзака, они интеллигентны, красивы, хорошо воспитаны, их связывает страстная любовь.
Бернадет, Анна и Елена выдержали огромные испытания, они выжили в аду. Неужели мы позволим отправить Ромео и Джульетту двадцатого века в СССР, где их расстреляют в подвалах КГБ? Неужели мы так жестоки? Неужели мы сами никогда не любили?»
Назавтра пламенную речь ведущего перепечатали слово в слово вся таблоиды. У мэрии появились демонстранты с плакатами: «Свободу Ромео и Джульетте двадцатого века».
– Дальнейшее понятно, – вздохнула я.
– Владимир и Елена уехали в Мелён, – продолжил Николя.
– Вот тебе и Овернь! – снова не выдержала я. – Всего-то пятьдесят километров от Парижа. Милый городок, известен замком Во-лё-Виконт, который построил Николя Фуке, министр финансов Людовика Четырнадцатого. Дворец называют предшественником Версаля. Фуке очень хотел поразить монарха роскошью, поэтому пригласил короля на новоселье. Людовик приехал, увидел невероятную красоту, позавидовал таланту Фуке, обвинил того в растрате государственной казны и велел заточить его в Бастилию.
Считается, что именно Николя Фуке и был той самой таинственной Железной маской, заключенным, чьего лица не видели ни охрана, ни товарищи по тюрьме. Правда, Александр Дюма считал иначе.
– Роман «Железная маска», – улыбнулся Николя. – В детстве я зачитывался им, а потом смотрел фильм.
– О да! – воскликнула я. – Сама была когда-то влюблена в Жана Маре, который играл в нем главную роль.
