Это важно!
— Ну все, Яна… Все… Я услышал тебя, — отец поглаживает меня по волосам. — Не знаю, зачем Янис за мной увязался, я не собирался никому устраивать разбор полетов. Тем более при тебе. Да и кем я стану после этого в твоих глазах? Всегда топил за справедливость и вдруг бы превратился в домашнего тирана? Достаточно твоего деда, который едва не сломал жизнь своей дочери. Я приехал к Андрею, чтобы обсудить, что он собирается делать дальше. Заодно узнать, сколько скелетов еще припасено в вашем шкафу и к чему быть готовым.
"
"— Больше нет, — держу марку и снова всхлипываю. На этот раз по-настоящему. Потому что нисколько не сомневалась в отце и его искренней и безграничной любви ко мне.
— Успокаивайся, дочка. Как бы там ни было — своих в обиду не даем. Все урегулируем и замнем. У нас это семейное.
Сказав последние слова, как-то странно усмехается.
— О чем ты? — целую его в щеку, испытывая прилив нежности.
— Неважно, — обнимает меня еще раз. — Ты иди в гостиную. Побудь с Янисом, а мы с Андреем немного поговорим тет-а-тет.
— Папа…
— Нормально поговорим, — заверяет он. — Иди, дочка.
Неохотно слезаю с его колен. Смотрю в надежде, что он сжалится и передумает говорить с Андреем, но папа кивает на дверь.
— Только, пожалуйста, помягче с ним, — прошу я.
— Иди, Яна, — повторяет он.
На сердце неспокойно. Я выхожу в гостиную и передаю просьбу отца. Янис выглядит сильно озадаченным и мне ещё больше становится не по себе.
Андрей уходит, оставляя нас одних. Я беспомощно опускаюсь на диван и смотрю на закрытую дверь, ожидая, что вот-вот за той послышатся громкие голоса и крики.
Но ничего подобного не происходит.
— Папа сказал, что у нас это семейное. Что он имел в виду, ты не знаешь?
— Знаю. Не будем об этом вспоминать, — садится рядом и обнимает меня, как и отец несколько мгновений назад. — Хочешь, обнадеживающие слова скажу? — переводит тему.
— Хочу.
— Алина поправится.
Внутри тут же расцветает надежда. А следом поселяется радость.
— Точно?
— Ты же сама это чувствуешь. Ведь чувствуешь?
— Да, — улыбаюсь я.
— Но страшно ошибиться. Вдруг…
— Без вдруг. Поправится. А вот мои убитые нервные клетки — нет. Впрочем, как и у твоего отца здоровья не прибавится. Хотя нечто такого от вас и следовало ожидать. Вы постоянно устраивали всевозможную дичь. Правда про Алину язык не поворачивается такое говорить. Там не дичь, там будущая красавица и похитительница сердец. С именем ты, правда, просчиталась. Надо было ко мне обращаться за помощью.
— Нет уж.
