По вечерам мы вместе смотрим сериал, и я всегда жду этого часа. Вроде ничего такого не делаем, но это очень успокаивает. Единственное, что придает сил и помогает не раскисать.
От мыслей отвлекает входящий звонок. На дисплее высвечивается имя деда. Мы давно с ним не общались. С мамой и бабушкой часто, а с отцом и дедом — реже. Родные списывают мое унылое настроение на тоску по дому.
Я хоть и хочу их поддержки и участия в такой сложный и ответственный для меня момент, но пока не представляю, как сказать о беременности.
Может, вообще не нужно говорить? Зачем вешать на плечи близких такой груз, особенно если я потеряю ребенка? А так никто ни о чем не узнает… Никогда.
— Янчик, внучка, привет, — звучит в трубке бодрый голос деда. — Как дела? Ты где, моя родная? На занятиях или дома?
— В парке. Смотрю на голубей под ногами и думаю, что надо бы купить им какой-нибудь еды, а то такие же тощие, как и я.
Дед смеется. В его глазах я вечно худая.
— А конкретнее? Я с важной миссией. Была рабочая встреча в ваших краях.
Через пару часов самолет, но я обещал родне с тобой увидеться.
Я замираю от страха и в то же время ликую от радости, когда представляю, что сейчас утону в объятиях дедушки.
— Только из-за родни будешь делать такой крюк и искать со мной встречи? — спрашиваю, сохраняя веселый тон.
— Где ты, моя маленькая безобразница?
Давно уже не маленькая, но дед прав. Я безобразно поступила и теперь расхлебываю последствия своего «Хочу лишиться девственности с Ковалёвым». Лучше бы сторонилась Андрея, как он изначально и просил.
Вот до чего доводят легкомысленные и безумные желания.
— Сейчас скину координаты.
Завершаю разговор, сбрасываю эсэмэской деду адрес, прячу анализы в сумку и поправляю кофту на животе.
Кому я точно не отважусь сказать о своем положении, так это мужчинам нашей семьи. Все они решительные, горячие, вспыльчивые, а я не желаю смерти отцу своего ребенка. Хотя, по-хорошему, Ковалёву все-таки следовало бы сообщить, но я решила этого не делать. По той же причине, что и остальным.
Если потеряю ребенка, это останется только моей тайной.
Каждый день грызут сомнения. Импульсивность и эмоциональность рвутся в бой, я хочу поддержки. Но где гарантии, что не встречусь с негативом и непониманием близких? С равнодушием Ковалёва? Это ведь меня окончательно сломает. А ломаться сейчас нельзя. Нужно быть сильной. Хотя бы еще немного времени. Есть предчувствие, что до конца срока не дохожу с такими нервами.
Дед приезжает через пятнадцать минут.
