После работы мы остались на тусовке и в праздничной атмосфере отметили наше воссоединение и помолвку. Это было незабываемо! Ковалёв, теперь уже Багдасаров, под залпы салютов пообещал, что у нас будет такой же шикарный праздник, как тот, что я весь день снимала на камеру. А потом он всю ночь занимался со мной любовью.
Вспоминать об этом приятно, даже боль в висках становится тише. Или так действует холодный компресс?
Андрей, подхватив мой телефон, опять уходит на кухню. Слышно, как он говорит с бабушкой, просит ее нас подменить.
Спустя пару минут возвращается в спальню и берет свою одежду.
— Я в аптеку. Бабуля согласилась. Скоро буду.
Через мгновение хлопает дверь, и я снова морщусь от боли.
Все-таки стрессы не проходят бесследно. Знать бы только, как их избегать. Иногда события случаются сами собой, независимо от того, хотим мы их в своей жизни или нет, и бьют по психике наотмашь.
Меня начинает клонить в сон, мигрень выматывает. В полудреме до слуха доносится звук уведомления. Приподнимаюсь и бросаю взгляд на свой телефон, но тот не подает признаков жизни.
Зато на непогасшем экране смартфона Андрея висит сообщение, которое пришло ему с незнакомого номера. На английском.
Текст эсэмэски повергает в шок. Вместо боли внутри вспыхивает всепоглощающая ярость.
Взяв телефон Андрея, набираю его бывшую подругу, которая написала с нового номера. Контакт Натали у Ковалёва уже в черном списке. Не так давно я защищала эту женщину и просила Андрея ее поддержать, но теперь считаю душевнобольной.
Натали пора изолировать от общества.
— Ты желаешь смерти моей дочери? — цежу сквозь зубы. — По-твоему, это истинная любовь, о которой ты написывала Андрею изо дня в день?
От гнева не сразу соображаю, что говорю по-русски и Натали, возможно, не совсем меня понимает. Тут же перевожу на английский и добавляю:
— Хватит ему звонить, писать гадости и шантажировать. Андрей не вернется ни к тебе, ни в вашу страну. Он останется со мной и нашим ребенком, который будет жить. — Я повышаю голос, выделяя последнее слово жесткими интонациями.
— Ты ведь сама мать и потеряла сына. Ни одна женщина, пережившая такое, не пожелает этого ужаса другой. Разве, в твоем представлении, это любовь?
Натали пытается вклиниться в поток моих слов, унизить. Угрожает, что натравит на меня и нашу семью своих подписчиков и хейтеров. Но мне все равно! Во-первых, я нахожусь в другой стране, во-вторых, со мной любимый человек, а в-третьих, у отца есть опыт улаживания публичных скандалов.
