Самые темные дороги

Когда она наконец достигла асфальтированного шоссе на вершине откоса и обнаружила сигнал сотовой связи, она остановилась у обочины и позвонила детективу Грейс Паркер. Ребекка сказала, что хочет привлечь к делу группу кинологов с собаками, натасканными на поиск человеческих останков, и объяснила почему.

– На дальнем конце ранчо Хогена есть заброшенный летний лагерь. Сначала нам нужно обыскать это место.

– Это частная собственность?

– Да, участок принадлежит Эшу Хогену. – Она ощутила подступающую тошноту, когда эти слова сорвались с ее языка.

Она только что привела в движение механизм, чреватый неизбежными осложнениями для Эша. Это выглядело как предательство. Но что-то было не так с этой частью его ранчо. Он по-прежнему что-то скрывал. Как бы то ни было, Ребекка выполняла свой долг, и это было ее обязанностью перед отцом.

Грейс сообщила Ребекке, что она как раз приехала в город. Она посоветовала сразу же направиться в отделение полиции в Клинтоне и встретиться с ней. Они собирались организовать там диспетчерский пункт.

Ребекка присела на угол металлического стола в небольшой диспетчерской комнате, которую сержант Грейс Паркер временно конфисковала для своих нужд в полицейском отделении Клинтона.

Следователь по тяжким преступлениям привезла с собой детектива из Килоуна. В комнате также находился капрал Джей Мохаммед, офицер из Эшкрофта, который расследовал аварию с гибелью Уны Феррис. Кроме того, Грейс привезла техника, который должен был наладить оперативную связь и взаимодействие со штаб-квартирой отдела Юго-восточного округа.

– Итак, что мы имеем на данный момент? – Грейс стояла перед схемой преступления, расположенной на стене комнаты.

Грейс постановила, что эта комната должна быть заперта и недоступна для всех, кто не принимает непосредственного участия в расследовании. Исключения допускались только в случае ее личного разрешения.

Это означало, что Бака отстранили от следствия, и он был безмерно раздражен этим обстоятельством.

На Грейс был серо-стальной костюм с вязаным джемпером, который, как перчатка, облегал ее тренированную фигуру.

Ее рост не превышал пяти футов и четырех дюймов, и ей было около пятидесяти. Она излучала впечатление профессионального опыта и безупречной эффективности. Ее голос был четким и отрывистым. Волосы были подстрижены достаточно коротко для максимального удобства, а движения были резкими, как и ее пронзительные серые глаза. Никакого обручального кольца или других украшений.