Самый эльфийский поцелуй

Мне сейчас это было жизненно необходимо. Хоть немного увеличить между нами расстояние, чтобы хоть немного прийти в себя и позволить разуму возобладать над непутевым сердцем.

— Ты совсем меня не знаешь, — привела я самый главный довод.

— Знаю.

— Нет. Единственное, что ты можешь утверждать, что я не Катриэль. И только. Но из-за этого не… не просят остаться, забыв прошлую жизнь.

— Ты думаешь, я всё выдумал?

«Нет! Не могу… не хочу…»

— Да. Ты меня выдумал. Решил, то я какая-то особенная. Но это не так.

Каждым словом я будто что-то убивала внутри в себя.

— Ты обожаешь мясо и ненавидишь овощи. Любишь веселиться и часто улыбаешься, радуешься новому дню и всему, что видишь вокруг. Готова прийти на помощь любому и не помнишь зла.

— Этого мало.

— Для чего? Чтобы полюбить? — грустно усмехнулся он.

Любить! Вот и произнесено это слово! То самое, которого я так боялась и так хотела услышать.

— Нет, — собрав остатки сил, произнесла я и даже головой качнула.

И тут я потерялась от тёмного, какого-то злого взгляда мужчины.

— Катя.

— Я хочу домой, — упрямо повторила я, чувствуя, как обрывается сердце. — К своей семье, к друзьям. К своему миру. То… всё то, что ты говоришь, безусловно, приятно, но совершенно бессмысленно.

Я ждала ответа, ждала, что он снова будет возражать. Убеждать, смотреть так, что сердце переворачивалось. И тогда я точно не выдержу и сдамся, позволю себе помечтать о том будущем, о котором боялась даже думать.

Но Грей отвернулся и глухо произнёс:

— Хорошо.

А мне от разочарования хотелось стукнуть его.

Но как оказалось, рано я обрадовалась.

— Что Эрхаза приказал тебе сделать для возвращения? — вдруг глухо спросил Эшфорт. — Поцеловать элва на новый год?

У меня сердце в пятки упало. Причем с таким грохотом, я даже оглохла на несколько секунд.

— Ч-что?!

«Как? Откуда? Почему?»

Сотня вопросов и ни одного ответа. Только полное осознание того, как я попала! Сомневаюсь, что Фея простит мне такое!

— Догадался, — криво усмехнулся Грей, продолжая смотреть куда угодно только не для меня.

— Нет, — покачала головой я, всё еще ошарашенная таким поворотом. — Я сама. Уже выбрала… ты только не говори никому, пожалуйста.

Улыбка стала еще более кривой и непонятной. Как и слова, которые он произнёс совсем тихо, почти не разборчиво.

— Что ж, может, так и лучше, если он… Эрхаза же не зря всё это придумала.