– Не изображай из себя святую невинность! Хотя извини, для тебя же это привычно, – саркастически улыбаюсь. – В тот раз почти сработало, я повёлся – но второй раз не выйдет, не надейся!
– Алексей, я правда ничего не…
– Да хватит уже! – сам отхожу от неё на пару шагов.
Чёрт, ну почему всё вот так… Всю душу мне вымотала и продолжает смотреть на меня своими влажными голубыми глазищами, будто она и в самом деле ни при чём.
Маруся несколько раз моргает, расправляет плечи.
– Алексей, не знаю, что ты себе придумал насчёт меня, или, может быть, услышал от кого-то, – говорит серьёзно, – но у тебя нет никакого права меня в чём-либо обвинять.
Я от тебя скрыла только одно, и то, – она глубоко вздыхает, – просто потому, что ты не оставил мне выбора…
– Да-да, конечно, я во всём виноват, – перебиваю её. – Как и все мужчины. А вы, женщины, вечные жертвы.
Ангел сжимает губы, складывает руки на груди. Передумала оправдываться?
– Ты не хочешь даже попытаться меня услышать, – качает головой.
– Это твой выбор.
Разворачивается и идёт к машине. Я сжимаю кулаки, с трудом сдерживаясь, чтобы не заехать по какой-нибудь колонне, и слежу взглядом, как она выезжает с парковки. Почему у меня такое ощущение, что наш разговор где-то свернул не туда?
Даже работа в этот раз не помогает отвлечься. Этот день и следующий я безуспешно прокручиваю в голове её слова. Опускаюсь до того, чтобы поискать информацию в соцсетях, но ангела там, похоже, нет – не получается найти Марусю ни под нынешней фамилией, ни под девичьей.
Есть, конечно, шанс, что она брала фамилию матери, но её я всё равно не знаю. Самого Павловского в соцсетях тоже нет, так, пара фоток с деловых мероприятий – всё-таки он не медийная личность.
На первую половину четверга у нас с генеральным запланирована встреча с инвесторами на очередной выставке технических новинок, а потом совещание с Муромцевым. Еду к выставочному центру в надежде, что хоть это меня отвлечёт.
Встреча с инвесторами проходит неплохо.
Мы успешно заканчиваем переговоры, и я задумчиво стою возле одного из стендов, не вчитываясь в надписи, когда сзади меня окликают.
– Алексей?
Разворачиваюсь и не верю своим глазам. Павловский собственной персоной!
– Ну надо же, не знал, что ты вернулся, – Вячеслав подходит ближе, протягивает мне руку, и я, помедлив, слегка её пожимаю. Противно, но демонстративно уходить тоже не стоит.
– Откуда вы могли знать, – пожимаю плечами.
