Санта–Барбара II. Книга 1

— Если сегодня наступил день Страшного Суда, то где же в таком случае судья?

Мейсон откинулся на спинку широкого кожаного судейского кресла, на котором обычно восседал седовласый мистер Корби.

— Судья перед тобой, — усталым голосом сказал он.

— Ты? — изумилась она. — Но это все мало похоже на настоящий суд. Ты не находишь? Где прокурор, адвокат, присяжные заседатели? Кто будет отправлять закон?

Мейсон мрачно усмехнулся.

— Я, в одном лице и судья, и присяжные заседатели. Я постараюсь не затягивать процедуру и перейти к делу.

Она стояла на том месте, где обычно свидетели клянутся в том, что будут говорить правду и только правду, положив руку на Библию.

— В твоей записке говорилось о том, что мы должны встретиться здесь. Я подумала, что здесь будет настоящий судья. И, вообще, какие обвинения мне предъявлены? Я не понимаю, в чем я виновата и что совершила.

Мейсон подался чуть вперед и положил руки на стол.

— Джулия, я бы предоставил тебе обвинительное заключение, но все это находится здесь, — он указал рукой себе на голову. — Так что я изложу все обвинения против тебя по–памяти. Надеюсь ты не возражаешь?

Мейсон встал с кресла, медленно обогнул стол и вышел в зал заседаний. Остановившись рядом с Джулией, он пристально посмотрел ей в глаза.

Не выдержав его тяжелого взгляда, она опустила голову.

— Пункт первый, — глухо сказал он. — Это твое необъяснимое решение защищать Марка Маккормика в деле об изнасилования Мэри. Второй пункт — это причастность к гибели Мэри…

Услышав эти слова, Джулия вскинула голову я сверкнула глазами.

— Это какое‑то безумие, Мейсон. Ты сошел с ума, подумай о чем ты говоришь! Я не намерена здесь больше оставаться.

Она попыталась повернуться, но Мейсон рявкнул:

— Стой там, где стоишь, Джулия!

Его голос был столь страшен, в нем слышалась столь явная угроза, что Джулия застыла па месте.

— Ты признаешь себя виновной или нет? — выкрикнул Мейсон.

Джулия резко развернулась и возмущенно сказала:

— Виновна? О какой вине ты говоришь? Разве я совершила что‑нибудь такое, в чем меня можно обвинить перед Богом и людьми?

Мейсон не собирался выслушивать ее оправдательную речь, в глазах его полыхнула ярость и он закричал;

— Нет! — так же вспыльчиво прокричала она.