Онлайн-библиотека книг
— И без телефона ни-ку-да! — тыкает угрожающе в мою сторону вилкой, которой взбивал яйца.
Выливает яйца на сковороду. Закрывает крышкой. И через пять минут мы садимся кушать.
Мне немного стыдно, что опять всё сделал он. Булочка ковыряет вилкой в чашке, делая вид, что ест.
— Почему не ешь? — пытливо.
— Я поела, — настороженно поглядывает на папу исподлобья.
— Что это ты поела? — хмыкает он.
— Пиложное.
Богдан неодобряюще смотрит на меня.
— Низя было говолить? — хлопает ресницами Булочка, виновато ловя мой растерянный взгляд.
— Э! В смысле — нельзя?! — сердито рычит на нас Касьянов. — Папе надо говорить всё, ясно?
— Угу…
— И тебя касается! — стреляет в меня взглядом.
— Мы гуляли, я пирожное ей купила, — пожимаю покаянно плечами.
— Ну, купила и купила. Не трагедия.
— Мозно я не буду? — кладёт вилку Ариша.
— Ладно, беги…
Встречаемся взглядами.
— Будешь ""папе"" правду говорить? — подмигивает мне.
— Конечно… — смущаюсь я.
— Ночью ""дружить"" было приятно? — снижает голос.
От его низкого бархатного тембра, внезапно и неконтролируемо как цунами, обрушиваются все эмоции и ощущения наших ночных шалостей! Я помню как и что этот тембр шептал мне… Меня взрывает изнутри, бёдра сжимаются от короткой слепящей судороги.
Богдан вытирает губы салфеткой.
— Ну всё, подружка, я полетел, — поцелуй в макушку. — Не шалите здесь… Вернусь, пошалим вместе.
Обмахиваюсь руками, пытаясь прийти в себя.
Ну какой!..
Это будет ой как непросто, Синичкина…
Глава 15 — Подстава
Богдан
Богдан: ""Как у вас дела?""
Синичка: ""Хорошо.
Богдан: ""Куда?""
Синичкина: ""Богдан Максимович… ""
Прямо слышу сочащееся осуждение. Уже несколько дней играем в снегурку — прохладная и не тает.
Богдан: ""Куда? Мало ли что. Я должен знать, откуда тебя эвакуировать.""
Синичкина: ""Если что я позвоню и скажу"".
Зараза!
И так всего трясёт от токсикоза. Она мне ещё тестостерона добавляет!
Богдан: ""Ты обещала ждать! ""
Синичкина: ""Я помню"".
Щелкаю чайником, чтобы первый раз за весь день выпить что-нибудь горячее.
— Касьянов, у нас ещё один труп.
— Мать их… Озверели они, что ли? Сгоняй, а?
— На твоей ""земле"". По распоряжению Лобова принимать должен закреплённый опер.
— Да помню я, — закатываю утомленно глаза, с тоской глядя на закипающий чайник. — Ты по прошлому упокоенному ""возбудился""?
— Неа. Не подписали.
— Почему?
— Только догадываться могу… Формально, недостаточно улик.
