Сбежать от Питбуля и Булочки

Плечи передёргивает от напряжения.

Чего так накрывает то? Я вообще стойкий оловянный солдатик. Но ни когда же голодному под носом куском любимой еды водят. У меня от запаха её волос и вечно крутящейся рядом задницы кукуха взлетает и об потолок бьётся!

А спать так вообще перестал. К утру матрас пропороть можно! Я через неделю на людей кидаться начну, не то, что на отморозков.

— Нормальный я, — пожимаю плечами.

Сдержанный… Всего один раз об дверцу чувака шмякнул. Хотя за такое надо было как следует постучать. Свидетели в таких делах часто наполовину соучастники.

Марина опять.

— Да!

— Здравствуй, Богдан.

— Может и здравствовал бы, не будь бывшая жена эгоистичной сукой, — скорее по инерции кусаю её.

Эмоция, на удивление, не рождается. Отпустило, что ли?

— Хватит, может?

— Чего тебе надо?

— Я приехала, вообще-то. Ты сменил замки и завёл собак.

— Такой вот сюрприз.

— Я даже подумала сначала, что переехал…

Не сдала нас Алла Борисовна? Удивительно.

— Но сегодня выяснила, что нет.

— Ближе к делу.

Сажусь в тачку.

— Я заеду сегодня?

— Нет, не заедешь.

— Почему?…

В последнюю секунду торможу порыв ляпнуть, что место занято. Уязвлять мне её теперь хочется гораздо меньше, чем потерять контроль над ситуацией. А я не знаю, какую реакцию выдаст Марина. Она, как положено актрисе, истерична. И нередко выдает какую-нибудь дичь. Мой характер рядом с ней испортился окончательно. Как Синичкина теперь терпит — загадка.

— Нам нужно увидеться и поговорить.

— Окей.

Надо, да… Я обещал Синичке докрутить развод.

— Напиши где и когда, мне сейчас некогда.

Рабочий график у меня, не нормирован. И закончив всё дела, я понимаю, что уже дело к ночи.

В голове целый день сидит Марина.

Всплывают эпизоды наших скандалов, ссор. Вижу, как «артикулярно» двигаются её губы, театральные позы её тонких кистей, чуть вычурную мимику… Манерное подскакивание в ""нужных"" моментах. Метание по комнате. Пафосные падения в кресло.

Как же меня тогда накрывало! Ревновал, дурак, обижался, психовал…

Мля…

Какой талант я чуть не угробил! Ехала бы она обратно в свою Москву, покорять сцену.

Мне снова гадко на душе от её появления в моём периметре. А я практически избавился от этого чувства рядом с моей маленькой несговорчивой птичкой. Наивной, искренней и отзывчивой.

Зайдя в ворота, запираю их как следует. Свои все дома.

Ариша наверняка уже спит.

Ася встречает меня молчаливым укором. Только лишь взглянув коротко из-за раскрытой в руках книги.