Сбежавшая невеста для Грозного (СИ)

Только ты и твои рилсы, сторисы и прочая херня! Смотрите, тут я эпилирую жопу, а тут мне набивают татухи на брови. А вот тут я спускаю сто тысяч на трусики, а вот тут...

- Прекрати! - требует она. - Все не так! Это тоже работа не хуже твоей!

- О, да! - смеюсь зло. - Работа. Еще какая! Точно! На уровне врача, учителя или военного! А может, шахтера? Ты постишь тупые истории якобы про себя. Фотки, на которых вообще не твои руки или ноги. И пишешь, как заебись жить как ты. Конечно, заебись, когда твой батя министр!

- и не поймешь! Такая как ты никогда не поймет.

У тебя с рождения во рту золотая ложка. И в двух руках тоже. Что ты вообще знаешь о своих подписчиках? Ты хоть представляешь, чем живут эти девочки? Что меняется в их тупой башке, когда они начинают следить за тобой, верить. Что твой мир - рай?

- Я не хочу это слышать! - она обхватывает голову руками. Старается закрыться. Заткнуть уши.

Но внутри меня уже бурлит ярость, вспыхивает давно притупившаяся ненависть. Сквозь трещины моей души снова просачивается боль.

Острая, тягучаю, выворачивающая внутренности и заставляющая сердце болезненно сжиматься.

- Нет! - кричу и дергаю девчонку за руку. - Ты выслушаешь до конца! Ты и тебе подобные транслируют в неокрепшие умы малолеток, как пиздато жить в вашем мире, что надо тянуться к нему, пытаться стать частью его. И будешь счастлив только от этого. Почему ты не говоришь в своих видео, что тебе на хер не нужна подруга из простой рабочей семьи? Что ебал ты в рот всех, кто весит больше пятидесяти килограмм?

Замечаю, как по ее щекам катятся слезы.

Но остановиться я уже не могу.

Боль и ненависть жгут изнутри, разрывают меня, переплавляют и заставляют кричать все громче.

- Ты зло! Тупая селебрети с купленным дипломом! Знаешь, сколько девчонок в погоне за нарисованной тобой красивой картинкой гибнут в нашем мире? А? ты хоть раз задумывалась, на что они идут. Чтобы влезть в те шмотки. Что ты показываешь?

- О чем ты? - она пытается вырвать свою руку, но я только крепче сжимаю пальцы.

- Я о таких, как была моя Тося, - реву словно раненный зверь. - А такие как ты убили ее!

Убили!!! Убили!!! Убили!!! - звенит в висках.

Что он такое говорит.

Сжимаюсь на сидении, притягиваю к груди колени и обхватываю их руками.

Под тонкой кофтой по коже бегут мурашки.

Что он такое говорит? Как кого-то могли убить мои рилсы? Это невозможно!

Качаю головой, волосы рассыпаются по плечам и стегают меня по щекам.

В груди болезненно сжимается сердце. Так не бывает.