Неужели Илья рассказал всей семье о вчерашнем? И больше не нужно опасаться сказать лишнее или сделать что-то не то? Но… как же первая Валерия? Дочь его лучшего друга. Как же брак, который они планировали давно?
Прежде чем делать собственные выводы, я лучше с мужем поговорю. Вдруг мне это и зачтется в дальнейшей семейной жизни. Ведь долго ""покорная Лера"" во мне не протянет, сорвется, уступив место безбашенной, а так Алику будет, что вспомнить обо мне хорошего. Оценит, что я однажды советоваться к нему помчалась.
Возможно, в первый и последний раз. Характер у меня не сахар, надолго не хватит."
"Божечки, откуда во мне эта хитринка взялась? Надо пользоваться, пока не испарилась.
- А где твой брат, Аленка? – аккуратно уточняю.
Подумать только, мой главный союзник и информатор в этом доме – несносная подопечная, которая чуть не утопила меня при знакомстве. Как все меняется, когда узнаешь человека ближе.
- Нет его, - с грустью вздыхает Рапунцель, и я вторю ей. – Может, на работу уехал? – прищуривает глазки, а в них пляшут озорные искорки.
Подозреваю, что прямо сейчас в этой красивой, позолоченной головке созревает хитрый, безумный план. Нет уж! Хватит с меня приключений со Стасей. Если учесть изобретательность Аленки, то я точно в итоге ремня от мужа получу.
- Мы подождем, - осекаю ее мыслительный процесс. И получаю разочарованный взгляд.
- Он улетел.
Из холла доносится глухой бас, а следом на пороге появляется Илья. Кажется, он все время был неподалеку и подслушал наш глупый разговор с Аленкой.
Смерив меня напряженным, потухшим взглядом, добавляет сдержанно:
- С Валерией в Италию на пару дней, - небрежной фразой уничтожает меня. Отворачивается от моего побледневшего, испуганного лица и обращается к дочери: - Аленушка, ты попрощалась с няней? Леся больше у нас не работает.
- Да щас! – боевая Рапунцель выходит вперед, становится передо мной, ограждая от отца, и упирает руки в бока. – Я свою няню не отдам, - фырчит, как котенок.
- Лесе нужно уехать, - сдавленно произносит Илья, не смотря мне в глаза.
А сам весь напряженный, собранный, мрачный.
«Надолго?» - вопрос застревает поперек горла, тонет в подступающих слезах. С трудом и болью проглатываю его. Потому что в суровом образе несостоявшегося свекра я четко читаю ответ: «Навсегда».
Неужели это все? Тумановы не простили мне вчерашний побег? Или… изначально планировался единственный исход? Мой исход… Домой.
Но как же Алик? Впрочем, он тоже вчера был злым.
