Мозг постепенно отключается.
- Беда ходячая, - прорывается сквозь туман сознания.
Путаюсь в мокрой, тяжелой футболке. Морщусь, когда она слетает с меня через голову. Чувствую лопатками шероховатое дерево. Пытаюсь приоткрыть глаза и посмотреть, что происходит, но мешает гадкая резь от хлорки и прямые солнечные лучи, жалящие лицо.
Постанываю недовольно, пытаюсь возмутиться, перевернуться, но силы покидают меня.
Горячие ладони ложатся на грудь, согревают приятно, а потом впечатываются резко, выбивая воздух из легких.
Заставляют меня закашляться. Однако слабо, хрипло. В горле вода будто стоит, перекрывает дыхание.
Властные, жесткие губы накрывают мой рот как раз в тот момент, как я пытаюсь возмутиться. Ошеломленно распахиваю глаза."
"Сначала все вокруг плывет, но с каждым живительным вдохом, что наполняет всю меня, мне становится легче. К знакомому вкусу на губах присоединяется запах мужского одеколона, что проникает в нос. Зрение фокусируется. Смутные черты соединяются в целостный образ. И он сражает меня наповал.
- Очнулась? – слышится словно сквозь вакуум, а голос обеспокоен.
Лицо отстраняется от моего, но чужие ладони продолжают покоиться в области моей груди, будто приклеились и стали частью меня.
- Не лапай и не целуй меня, извращенец старый! – шиплю, как проколотая на полном ходу шина.
Воспламенюсь сейчас. Взорвусь! И отнюдь не от того, что мне противно. Наоборот…
Но это ведь Альберт! Почему он няньку трогает?
Несвободный мужчина, между прочим. Женат.
На мне…
- Почему «старый»? – хмурится Альберт, будто припоминает что-то.
Цепляется за это определение, проигнорировав «извращенца».
«Для своего возраста вы неплохо сохранились», - звенит в голове моя же фраза, выпаленная в ЗАГСе. Мне бы следовало научиться молчать в наиболее острые моменты.
- Аленка! – кричу испуганно прямо ему в лицо.
И вскакиваю так, что мы чуть не сталкиваемся лбами. Если бы Альберт не успел увернуться и схватить меня за плечи, точно бы сейчас я звездочки перед глазами рассматривала.
- Она… Аленка… В бассейне, - указываю пальцем на воду, опускаю на круг, который мирно себе лежит на площадке.
А рядом… Алена! В полном порядке. Сидит на стульчике у бассейна, подальше от меня, виновато понурив голову.
- Так ты не тонула? – удивленно произношу. Выдыхаю с обреченным стоном: опять она меня обманула.
Девочка молчит, и только маленькие плечики подрагивают. Главное, что она хорошо себя чувствует. И ничего непоправимого не произошло, вот тогды бы я себя точно не простила.
