Хотя кого я обманываю? В глубине души на это и рассчитываю.
Но к моему сожалению… Леся одета. В то самое голубое платье, которое невероятно ей идет. И так облегает фигуру, выделяя каждый изгиб, что я судорожно сглатываю. Особенно, когда взгляд падает на обнаженную спинку, обводит острые лопатки, ""пересчитывает"" идеально ровные позвонки. Там, где на платье порвалась молния. Разошлась до самой поясницы.
И когда Леся подпрыгивает на месте от неожиданности, то край ткани оттопыривается, открывая обзор на белье. На ней одни из тех простых трусиков, которые я утром в комнате ее видел.
А верха нет… Видимо фасон платья не предусматривает его. Зато я невольно ищу потерянную часть комплекта взглядом, нахожу в углу кабинки, оцениваю чашечки.
Все-таки зря нянька в интимный отдел не дошла. Впрочем…
Расстегиваю две верхние пуговицы рубашки, потому что ворот внезапно начинает сжимать мое горло и душить.
- Что случилось? – спрашиваю хрипло, хотя ответ очевиден.
- Вы какое право имеете в примерочную ко мне врываться? – шипит Леся, оглядываясь, и платье придерживает одной рукой.
Пытается части ткани соединить – и только чаще белье свое демонстрирует.
- Так что? – фиксирую ее талию, чтобы прекратила двигаться хаотично и дразнить меня.
Там невеста в соседнем отделе! А я сильнее пальцами впиваюсь в подтянутые бока молодой няньки. Тут же получаю локтем в живот. И убираю руки.
Леся разворачивается ко мне, позволяя оценить ее впереди, и я делаю это очень медленно, получая удовольствие от увиденного. Про себя отмечаю, что ей платье идет.
Иначе она смотрится в нем. Взрослее, серьезнее, сексуальнее, черт бы ее побрал.
Но стоит взглянуть в озорные синие глаза, как все возвращается на свои места. Нет, показалось. Передо мной та же бестолковая девочка. И подтверждает это своим следующим действием.
- Бегунок сорвала, - протягивает кулак и разжимает его медленно.
Беру с ее раскрытой ладони «собачку», усмехаюсь над виноватым выражением лица. И жестом, прокрутив пальцем в воздухе, приказываю Лесе опять стать ко мне спиной.
Фыркнув, она все-таки слушается.
- Извините, я случайно, - лепечет, понурив плечи.
Подавляю смешок, потому что лично мне плевать – оплачу испорченную тряпку. И, признаться, не знаю, зачем пытаюсь сейчас вставить бегунок в молнию. Наверное, ради того чтобы невзначай касаться подушечками пальцев бархатной кожи, вызывая мурашки на ней. И чтобы скользить взглядом по идеальной спинке, пока девочка не видит.
- А вообще, неудачная в этом платье молния.
