Сборник "Игрок"

Хорошо хоть, временами вспоминала, что я все-таки женщина. Плюс Тени заставляли помнить разницу. Но когда они молчали, а Лин тихонько засыпал у меня в ногах, мои мысли начинали течь совсем не так, как полгода назад.

Как ни странно, вместе с ними я незаметно стала жестче, решительнее, суровее. Научилась принимать решения и сама за них отвечала. В моем голосе теперь частенько появлялись властные нотки, которых раньше не замечалось. Я стала холоднее. Спокойнее. И даже появились некоторые моменты, когда мне приходилось полностью гасить чувства, потому что они могли помешать.

Я… словно бы начала вживаться в выбранную роль. Просто потому, что для девушки-Гайдэ сейчас было не время. И потому, что некоторое время назад она уснула. Где-то там, внутри. Она ушла на второй план, позволив моему голосу стать хрипловатым и более низким, забрав с собой мелодичное звучание весеннего ручейка. Позволив мне огрубеть, очерстветь и облачиться в тяжелую броню. И с печальной улыбкой отступила на задворки сознания, постепенно растворяясь, забываясь и медленно истаивая в густой тени.

Казалось бы, как быстро – ведь всего несколько дней прошло. А до этого – всего полгода, как я приняла решение стать рейзером. Странно, да? Вроде ничего особенного не поменялось, а я все равно стала другой. И вновь примерила на себя чужую маску, с легкостью приняв правила игры.

Об этом я размышляла весь день, разъезжая по городу и разговаривая с торговцами. Об этом же думала, пока Лин нес меня обратно к дому. Когда остановилась у знакомых ворот трактира.

Когда кивала вежливо вышедшему навстречу Берону, отвешивала поклон его робкой супруге. Но споткнулась на мысли, что не хочу становиться такой же, когда трактирщик шикнул на жену, и та, суетливо всплеснув руками, умчалась исполнять приказ, услышав который, большинство моих соотечественниц скривили бы носы и презрительно фыркнули.

Нет, что-то, конечно, в этом есть – послушание, смирение и преклонение перед хозяином-мужем. Но лично я никогда этого не понимала.

Поэтому если рядом со мной когда-нибудь и появится мужчина, то таким, как уважаемый господин Берон, он точно не будет. Точно так же, как не будет он похож на пришибленного хварда или того незадачливого стража, которого едва не сделал евнухом мой очень добрый друг Лин.

Зайдя в обеденный зал, я остановилась и с нехорошим прищуром уставилась на поднявшегося из-за стола рейзера. Да-да, того самого, который несколько часов назад так некрасиво на меня рычал.