Я тоже натянул на себя одеяло чистой левой рукой, и в тот самый момент дверь нашего «сарайчика» распахнулась. На пороге стояла молодая женщина.
Тогда мне показалось, что она ужасно взрослая, но на самом деле ей было лет 25, не больше. Женщина была ужасно симпатичной, с короткой, модной стрижкой, большими голубыми глазами, чуть вздернутым носиком, пухлыми, красиво очерченными губами. А еще она была высокой и стройной, а тоненький и очень короткий халатик так и натянулся весь на крупных, упругих грудях, соски которых ясно просматривались через ткань.
— Здравствуйте, родственнички! — весело пропела женщина, но тут ее взгляд упал на пунцовое лицо Катьки, выглядывающее из-под натянутого до носа одеяла, затем на меня, тоже, вероятно, красного, и тоже прячущегося под одеялом. А потом… взгляд ее остановился на моей подушке! И тут я с ужасом вспомнил, как обильно я «полил» эту подушку спермой! Женщина поняла все сразу.
— У-у-у! — протянула она. — Вот вы чем тут занимаетесь!
Я не успел даже среагировать, как женщина одним ловким движением ухватилась за край моего одеяла и сдернула его на пол.
Ну а я, как зажимал правой рукой крайнюю плоть своего пениса, так и предстал перед незнакомкой в этой позе. Абсолютно голый, естественно, да еще перепачканный собственной спермой.
— У-у-у! — снова сказала женщина. — Какие мы пачкульки! На себя-то зачем?
Я почему-то вдруг рассердился и от этого осмелел…
— А вам-то какое дело?! Я, может, онанизмом тут занимаюсь, а вы мешаете!
Женщина, однако, нисколько не обиделась на мою грубость, наоборот, развеселилась…"
"— Онанизмом? Когда рядом такая девочка? Ни за что не поверю! Скорее — инцестом! Так ведь? — подмигнула она Катьке.
Катька забралась под одеяло с головой.
— Ладно, давайте знакомиться! — сжалилась, наконец, женщина. — Я ваша двоюродная тетка! Звать меня — Людмила, можно просто Мила. Ну а вы, как я понимаю, Ваня и Катя?
Я кивнул. Мне стало ужасно стыдно! Я сразу вспомнил, как тетя Валя говорила нам, что скоро приедет из Ленинграда ее двоюродная сестра Людмила.
Но поскольку самой тете Вале было лет пятьдесят, я по-думал, что и сестра ее такого же примерно возраста. А тут — такое дело!
«Как же я прокололся! Что же теперь будет?! — в ужасе думал я. — Теперь Людмила все расскажет тете Вале, та — родителям, будет ужасный скандал!» Я покрылся бисеринками пота. И что самое интересное — так и продолжал сжимать в кулаке свой член.
Это, видимо, выглядело настолько комично со стороны, что Людмила не выдержала и прыснула.
