Онлайн-библиотека книг
Марина Арнольдовна едва удержалась, чтобы не надавать врунье пощечин и не заорать: «Все знаю! Ты продала кольцо ради ударной установки для Гада!» В среду дочь заявила, что заболела, поэтому не пойдет на занятия и вообще хочет взять академический отпуск. В четверг Сергей Петрович обнаружил, что у него из кабинета пропала маленькая, но очень дорогая фигурка из нефрита, подаренная одним из благодарных пациентов…
В воскресенье вечером владелице клиники позвонил Никита и сказал:
– Вроде я нашел парня, которому давно нравится Настюха, но он провинциал, не имеет в Москве квартиры, денег у него нет.
И Марина Арнольдовна закричала:
– Если мальчик уведет Настюшу от Гада, я для него все сделаю! Мы с мужем будем счастливы его зятем назвать!
– Супер, – обрадовался Кит.
Через пару месяцев Анастасия разительно изменилась. Она вынула из ноздри «кнопку», перестала раскрашивать, как воин дикого африканского племени, лицо, надела юбку нормальной длины, прекратила хамить родителям и более не заговаривала об академическом отпуске.
В начале зимы Волоколамская, сидя в своем кабинете в клинике, услышала шум из приемной.
– Простите, Марина Арнольдовна, я не пускала ее, но девчонка такая нахалка: шасть – и сюда…
– Мне надо с вами поговорить! – закричала незваная гостья. – Настя увела моего мужа!
Помощница главы клиники ойкнула, попятилась и испарилась из кабинета. Девица плюхнулась на стул и решительно заявила:
– Не уйду, пока правду не расскажу.
– Успокойся, – ответила профессор, которая наконец узнала Ольгу, одну из подруг дочери, иногда бывавшую в гостях в квартире Волоколамских, – ты что-то перепутала, Анастасия не может встречаться с женатым человеком. Это не в ее характере.
Казакова истерически рассмеялась.
– Здорово! Хорошо, что у вашей доченьки есть принципы, но в отношении Паши они не сработали. Хотя у нас с ним штампов в паспортах нет, наверное, Настька себя этим оправдывает.
