Сбылась мечта бегемота

Глава 13

– Бедная Тамара! – прошептала Волоколамская, выслушав мой рассказ. – Мой покойный муж, великий психиатр, предполагал, что Тома сорвется, слишком уж тяжелую ношу она на себя взвалила. Но то, что Леднева выбросилась из окна, очень и очень странно. Она же прекрасно понимала, что Кит один – его отец давно на том свете, друзей Виктора Петровича в живых нет, Сергей и Эдуард Крапивин тоже умерли. Осталась одна я, но у меня клиника, хлопот полон рот, уделить Киту столько внимания, сколько надо, я никак не могу, без Тамары он пропадет.

Марина Арнольдовна сокрушенно покачала головой."

"– Когда встал вопрос о помещении Никиты в лечебницу, Леднева все у Сергея Петровича спрашивала: «Кита вылечат? Он станет прежним?» А он никак не мог собраться с духом, чтобы честно ответить: нет. Супруг был великим врачом, и ему довольно часто приходилось сообщать родственникам жестокую правду. Первые слова, которые произносят близкие пациентов, входя в кабинет главврача психиатрической больницы, всегда звучат одинаково: «Вы же сделаете моего мужа (брата, зятя, отца или жену, невестку, дочь) нормальным? Попьет таблеток и снова станет разумным?» Томочка не явилась исключением.

Но ей Сергей Петрович сказать истину не мог. Признаюсь – муж не хотел брать Никиту. Врачи не любят заниматься лечением родственников, они знают: если положишь в свою палату брата, сестру, тетку, то у больного непременно случатся осложнения или с диагнозом выйдет путаница. Не знаю почему, но и у самих медработников, и у их близких лечение бывает неудачным. А Кит был нам с супругом как племянник, мы с его отцом, Виктором Петровичем, подружились еще в институте. Наша дочь Настя и его Никита познакомились, едва родившись, потом вместе в один садик ходили, в одну школу. Было время, когда мы надеялись, что дети поженятся. Узнав, что с Китом беда, супруг сказал: «Придется парня под свое крыло брать. Не стану тебе объяснять, как мне не хочется это делать, никогда не забуду, сколько горя Никита нам всем принес, но деваться некуда. И сообщить Тамаре, что ее любимчик скорее всего никогда к нормальной жизни не вернется, я не способен. Жаль Ледневу несказанно: сначала Витю потеряла, теперь мальчика фактически лишилась. Но и будить у нее пустые надежды нельзя. В общем, я оказался в тяжелом положении».

Волоколамская снова ненадолго умолкла.

– Слава богу, Боря Атаманов, любимый ученик мужа, взял на себя неприятный разговор.