Однако молчать в прямом эфире никак нельзя, и он обиженно забубнил:
– Я понимаю озабоченность общественности в вашем лице проблемой преступности в городе и, в частности, следствием по делу о трагической гибели профессора Шереметьева, но у общественности нет никаких причин для беспокойства. Следствие продолжается, у нас появились новые факты, которые проливают свет на это трагическое происшествие…
– Какие факты? – сделала стойку журналистка."
"– Ну, пока в интересах следствия я не вправе их разглашать, но как только появится такая возможность, обещаю вам, что вы узнаете самыми первыми…
– Ловлю вас на слове, – ответила ведущая, и тут же ее лицо на экране сменилось заставкой рекламного блока.
Пока на экране чистили зубы, жевали «Орбит», стирали блузки и писали в памперсы, Вахромеев находился в ступоре, потом опомнился, выключил телевизор, но еще долго сидел, тупо уставившись в темный экран. Его вывел из оцепенения вновь затрезвонивший телефон.
Как приговоренный к казни, Петр Степанович снял трубку и обреченно произнес:
– Вахромеев слушает.
– Петр Степанович, – промурлыкал прежний голос, – ну как, понравилась вам передача?
– Кто это говорит?! – рявкнул Вахмистр, оправдывая свое прозвище.
– Я думаю, вы догадываетесь, – мурлыкнула трубка, – как вам кажется, заинтересуют их показания свидетеля, который видел профессора в день его трагической смерти вовсе не в поселке Нелидовка, а в городе, на улице академика Ландау? Как вы думаете, не свяжут ли они его трагическую смерть с экспертизой, которую он должен был провести?
– Замолчите! – крикнул Вахромеев.
– Кто вы? Откуда вы все это знаете?
– Кто я, вы знаете, – повторила женщина. Голос ее поскучнел, – а замолчать… Вы пробовали заставить меня замолчать. Пока у вас ничего не вышло.
– Чего вы хотите? – промолвил Петр Степанович утомленным голосом. Он действительно почувствовал вдруг, что устал, смертельно устал.
– Чего я хочу? – переспросила женщина. – А как вы думаете, чего я хочу?
– Денег? – спросил Вахмистр.
– Да, вы угадали. Я хочу денег. Но очень, очень много денег. Я хочу половину той суммы, которую обещали вам шведы…
– Замолчите! – испуганно вскрикнул Петр Степанович. – Вы с ума сошли! По телефону!
– Но вы же сами спросили меня, чего я хочу. – В голосе женщины явственно слышалась насмешка.
