Настя бурно заговорила, что Даня тут совсем ни при чем, что они все время были вместе, что это она его потащила за Дольчиковой, что он даже автограф не хотел брать, а потом страдал над «Тихим Доном».
Майор строчил свои бумаги, и видно было, что Настю он не слушает.
– Ну чего, Павлуш?..
Молодой человек наклонился к майорскому уху, зашептал, округляя глаза, и майор махнул:
– Пусть еще поищут. Внизу, сказал же!.. Чего там, кусты-растения? Пусть в кустах пошарят, мать их за ногу!.. Куда могли деваться часы эти гребаные?
– Слушайте, наверняка ее из-за часов убили! – выпалила Настя.
– Точно! Ведь если они были, а потом пропали, значит…"
"– Мамаша, вот здесь подпишите, – перебил майор Мишаков. – И еще вот тут и там. Ну, где галочки. А ты особенно не возбуждайся, девушка. Мало ли, может, и не убивал никто, может, у нее… того… сердечный приступ, как в сериале. В сериалах у всех сердечный приступ обязательно бывает… рано или поздно… поздно или рано.
– Да не было у нее никакого сердечного приступа!.
.
– Товарищ майор, там Липницкий… нервничает слегонца.
– Так с ними полковник Левашов!..
– Протокола-то все у вас.
– Щас, щас подойду!.. И ты расписывайся, девушка, вот здесь. Если чего, вызовем. Явитесь тогда.
Настя еще выводила на бумаге свою подпись – у нее была очень красивая и трудная подпись, она много времени и бумаги извела, тренируясь. У настоящей большой актрисы должна быть настоящая подпись! Настя еще выводила, а мать уже тянула ее за руку, а майор в свою сторону тащил исписанную бумагу.
Вечно так!..
– Мама, езжай домой, – деловито заговорила Настя, как только они оказались в пустом, гулком и солнечном коридоре. – Мне тут надо… короче, я должна с одним человеком… И вообще! Зачем ты приехала?! Деваться от вас с бабкой некуда!..
– Граждане, проходим, не задерживаемся, – скучным голосом выговорил лопоухий сержантик. Он рассматривал табличку «Посторонним В». – Вы опрошенные?
– Опрошенные, опрошенные, – быстро ответила мать.
– Стало быть, до свидания!.
. На улицу проходим!.. И сразу по домам, не толпимся.
Мать твердо взяла Настю за руку и сказала тоже неожиданно твердо, прямо отчеканила:
– Мы уезжаем. – Она почти никогда не говорила так с дочерью!.. – Мы здесь не нужны. Если мы понадобимся…
– Да-а-а, понадобимся, – протянула Настя. Мать волокла ее в сторону выхода, как норовистую козу. Коза упиралась изо всех сил. – Мать, ты че? Не догоняешь?! Мне еще с одним человеком нужно увидеться!..
