Мои мысли были поглощены случившимся этой ночью, а обсуждать это с ней мне не хотелось… да и ни с кем больше… пока.
Когда я заканчивала одеваться, в дверь постучали, я крикнула: «Войдите!» — и в комнату вошла Рут.
— Доброе утро, Кэтрин, — поздоровалась она, глядя на меня с тревогой. — Как ты себя чувствуешь сегодня?
— Я немного устала.
— Да, вид у тебя усталый. Была беспокойная ночь.
— К сожалению, и для тебя тоже. Прости, что я наделала столько шума.
— Ничего. Ты ведь так перепугалась. Я рада, что ты меня разбудила… если тебе это хоть как-то помогло.
— Конечно. Мне было необходимо поговорить с кем-то… настоящим."
"— Самое разумное, — это попытаться забыть обо всем. Я представляю, какой неприятный осадок оставляют такие сны. По-моему, надо попросить Деверела Смита дать тебе какого-нибудь снотворного, чтобы ты сегодня ночью хорошенько выспалась. Тебе будет намного лучше, если ты как следует выспишься.
Я больше не собиралась спорить с ней: это было бесполезно. Она вбила себе в голову, что все мои тревоги были результатом ночного кошмара, и ничто не могло поколебать ее уверенности.
— Я очень благодарна, что ты прислала мне завтрак.
Она поморщилась.
— Я видела, как Мери-Джейн выходила с подносом. Ты там ничего и не тронула.
— Я выпила несколько чашек чая.
— Помни, тебе надо быть осторожной, Какие у тебя планы на утро?
— Может быть, немного прогуляться?
— Не ходи очень далеко… Ты только не обижайся, Кэтрин… Но я бы на твоем месте хоть на какое-то время воздержалась от прогулок к монастырю.
Она слегка улыбнулась. Возможно, извиняясь. Я так и не смогла понять, потому что Рут улыбалась одними губами.
Она ушла, и я спустилась вниз, чтобы выйти на улицу. Я чувствовала, что мне надо выбраться из этого дома. Как бы мне хотелось сейчас на простор торфяников! Но я была вынуждена отказаться от верховой езды и значительно сократить свои прогулки.
Когда я спустилась в холл, вошел Люк. Он был в костюме для верховой езды и так поразительно напоминал Габриела, что на какую-то минуту, пока он стоял в тени, мне вдруг показалось, что это Габриел.
От изумления я онемела — после всего происшедшего ночью у меня сдавали нервы, и теперь я во всем была готова видеть что-то необычное и странное.
— Привет, — сказал он. — Ну как, еще каких-нибудь домовых не видела?
Он усмехнулся, и его беззаботное равнодушие отозвалось во мне смятением и тревогой.
Я постаралась придать себе беспечный вид:
— Нет уж, одного раза вполне достаточно.
