Мне не хотелось предавать тетю Сару, поэтому я сказала:
— Я знаю, что вы вдвоем это обсуждали. Вы не сможете этого отрицать.
— Нет, — медленно выговорил он, — это было бы глупо, правда?
— Значит, вы и она решили, что я помешанная?
— Ничего подобного. Миссис Рокуэлл, вы очень взволнованы. Ведь до беременности вас не так-то легко было вывести из себя? Вот вам уже одна перемена.
— И что же вы планируете сделать со мной?.. Упрятать меня в Уорстуисл?
Он молча смотрел на меня и даже не мог скрыть, что эта мысль была у него на уме.
Я была вне себя от бешенства… и страха. Я вскочила, но он тотчас оказался рядом, положил руки мне на плечи и заставил сесть.
— Вы не так меня поняли, — начал он, усаживаясь и разговаривая со мной ласковым голосом. — Мне так неприятно об этом говорить. Я очень привязан к семье, живущей в Ревелз, и меня глубоко огорчают трагедии, происходящие там. Поверьте, сейчас не стоит вопрос о том, чтобы послать вас в Уорстуисл… по крайней мере пока.
Я немедленно ухватилась за это.
— Так когда же?
— Пожалуйста, я прошу вас, успокойтесь.
В этом заведении очень хорошо лечат. Вы же знаете, что я регулярно езжу туда. Вы находитесь в постоянном напряжении уже в течение нескольких недель. Я это прекрасно вижу.
— Я измучилась, потому что кто-то пытается представить меня истеричкой. Как вы осмеливаетесь говорить со мной об этом заведении! Вы, наверно, сами не в своем уме.
— Я только хочу помочь вам.
— Тогда узнайте, кто проделывает все эти вещи. Узнайте, у кого были костюмы монахов на празднике.
Мы можем узнать, у кого сохранился один из них.
— Вы все еще не забыли этот злополучный инцидент?
— Естественно, я думаю об этом. С этого все началось.
— Миссис Рокуэлл… Кэтрин… я хотел бы быть вашим другом. Ведь в этом вы не сомневаетесь?
Я смотрела в эти темно-карие глаза, и взгляд их показался мне мягким и ласковым."
"— Вы заинтересовали меня с того момента, когда Габриел привез вас в Ревелз, — продолжал он. — А когда на похороны приехал ваш отец, я понял, какие у вас с ним отношения.
Это на меня очень, очень подействовало. Вы казались такой… уязвимой. Но я и так слишком откровенен.
— Я хочу услышать от вас, что вы можете еще мне сказать, — настаивала я. — Не утаивайте ничего.
— Кэтрин, как я хотел бы, чтобы вы мне доверяли. Я больше всего хочу помочь вам в это трудное время. Дамарис не намного моложе вас, и когда я увидел вас вместе, мне так захотелось, чтобы и вы были моей дочерью. Ведь моим желанием было иметь большую семью.
