Герцог не знал, что и думать, не признаваться же родственнице, что он сам ничего не знает о женщине, с которой связал свою судьбу перед ликами пресветлых.
— Я бы хотел знать… — начал Демиан, но Диана и сама продолжила рассказ, видимо, собравшись с духом. Очевидно, поступок Мелиссы шокировал ее."
"— В общем, я вам уже говорила, что супруга ваша непосредственна и простовата. Упоминала и о ее обостренном чувстве справедливости, особенно социальной. Увидев, как одна из воспитанниц грубо отчитывает служанку, Мелисса сделала той замечание.
А когда девушка проигнорировала требования герцогини, ваша жена ее ударила.
Жрица вздохнула, а затем, пока племянник не перебил, а решительность не оставила ее, быстро продолжила:
— Признаю, что служанку обидели напрасно, но сам факт драки, Демиан, возмутителен!
— Тетя! Вы не моги бы пояснить, как именно Мелисса ударила девушку, — настаивал герцог, изо всех сил старясь не засмеяться. Бой между леди в пансионе для благородных девиц, о таком ему слышать не приходилось.
Родственница краснела, жевала губу и никак не решалась сказать. Не в ее характере было так мяться. Наконец, она выдохнула и призналась:
— Кулаком… В глаз… С разворота… Девушка не устояла на ногах, упала и ударилась головой. Теперь ею занимаются целители.
Герцог живо представил всю картину и закашлялся, чтобы скрыть все-таки прорвавшийся наружу смех. Надо же! А девчонка огонь! Возможно, у них даже получится стать друзьями. Потом, когда их брак аннулируют.
— Не ожидала от вас, дорогой мальчик! — укорила его Диана.
— Чего не ожидали?
— Что ситуация покажется вам смешной!
— Смешной? — Демиан внимательно посмотрел на жрицу и прищурился, отчего та вздрогнула. — Вовсе нет. Что ж вы, тетя, так плохо воспитываете своих воспитанниц? Не прививаете им должного уважения к людям? Не говоря уж о том, что не выполнить совершенно справедливую просьбу герцогини Роркской это вообще за гранью понимания!
— Вы сейчас серьезно, дитя мое?
— Как никогда! — и герцог не покривил душой.
— Да, детство Мелиссы прошло в уединенном поместье среди простых людей, но это не делает ее хуже тех, кто с младенчества был вхож во все аристократические дома Гаэса. Кроме того, тетя, я вам доверил самое ценное — свою жену, вашу, между прочим, родственницу и будущее рода Рорков. И что я слышу? Обвинения! Тогда, когда вы должны во всем поддерживать ее, помогать, направлять и защищать.
