Он лежал, закинув руки за голову, и смотрел в потолок.
Услышав стук двери, повернулся. На красивом аристократичном лице не отражалось ничего. То есть вообще ничего. Кроме полного, абсолютного спокойствия.
А ещё он молчал! И за это я была особенно благодарна, хотя прекрасно понимала, что молчание продлится недолго.
Я не рисовалась, не красовалась, не кокетничала. Просто приблизилась, обошла кровать, сбросила полотенце – влажное оно, увы – и скользнула под одеяло. И тут же очутилась в плену… Блондин навис сверху, одарил долгим пристальным взглядом и потянулся к губам.
Я не возражала.
Поцелуй мало напоминал те, что будоражили моё сердце до самого рассвета, он был как будто целомудренней. Но это ничего не изменило – я вспыхнула в один миг.
Нет, так не пойдёт. С этим нужно что-то делать, причём срочно.
– Как тебя зовут? – прервав поцелуй, выдохнул он. Это было первое, что он сказал с момента нашей ночной встречи.
Врать не хотелось очень, а отвечать было откровенно страшно, потому что… я семь лет не разговаривала.
Я кашлянула, прочищая горло, потом всё-таки решилась.
– Зови Астрой. – Голос прозвучал хрипло. – Так привычней.
Дантос чуть прищурил глаза, но кивнул. И опять с поцелуем потянулся.
– Не надо, – прошептала чуть слышно.
Удивление светлости было лёгким и ненавязчивым, и я не побоялась пояснить:
– Иначе до вечера из постели не выберемся.
Улыбнулся! Улыбнулся так, что сердце замерло. Потом наклонился и поцеловал в обнаженное плечо.
– Голодная?
– Ну…
Герцог Кернский отстранился в явном намерении дёрнуть за шнур колокольчика.
Пришлось ухватить его за руку…
– Дантос… никто не должен знать.
– Дан, – даря самую светлую из улыбок, поправил блондин. – Для тебя я просто Дан.
Я покачала головой. Какое доверие, с ума сойти.
А за шнур он всё-таки дёрнул. Но тут же поднялся, обошёл кровать и, обмотав вокруг бёдер брошенное мной полотенце, поспешил покинуть спальню. Навстречу Жакару отправился, чтобы у мажордома не было повода заглянуть сюда.
Герцог Кернский был так спокоен, словно ничего особенного не произошло.
Словно каждый день находит в своей постели обнажённых девиц со шрамами от ошейника. Я была благодарна за такое отношение и ни капельки не удивлялась. Просто Дан… он невероятный. Я таких никогда не встречала и думаю, что не встречу.
Он вернулся минут через пять. Закрыв дверь, повернул ручку, чтобы заблокировать замок и, бросив ровное «я быстро», скрылся в ванной. А я перевернулась на живот и замерла в ожидании.
Дождалась.
