Надеюсь, это означает, что Элли и Саммер завернулись в плед и смотрят кино в гостиной, а не создают мне проблемы.
Ха, а Элли была права. Идет снег. Как только наш автобус пересекает границу штата и въезжает в Массачусетс, за окном вдруг начинают кружить белые снежинки. Я люблю зиму, так что с удовольствием любуюсь снегопадом.
Мы подъезжаем к нашей ледовой арене незадолго до полуночи. Я и Так едем домой на моей машине, а Гаррет с Логаном отправились в общежития, чтобы переночевать у своих девушек.
Спустя десять минут я останавливаюсь на подъездной дорожке у нашего дома. Свет нигде не горит, но в окнах гостиной виднеются всполохи телевизора.
Мы с Таком входим в непроглядную темноту прихожей. Я иду впереди и, скидывая на ходу ботинки, шарю по стене в поисках выключателя.
Но включить свет мне не удается. Тишину дома вдруг прорезает леденящий кровь вопль.
Я и глазом не успеваю моргнуть, как меня обливают какой-то теплой жидкостью. Мои перепонки чуть не лопаются от следующего крика, и я пытаюсь понять, какого хрена тут творится, когда на мой висок с силой опускается какой-то твердый предмет.
Бам!
Голова чуть не раскалывается от боли, и я падаю на пол как мешок картошки.
28
ДинФакт № 1: В полицейском департаменте Гастингса примерно восемь офицеров.
Факт № 2: По-моему, все они, мать их, сейчас находятся у меня дома.
– Вы будете подавать в суд?
Дежурный офицер нависает над Элли, словно медведица над своими медвежатами. На его лице появляется ехидная улыбка, когда он осуждающе смотрит на меня.
Я сижу на нижней ступеньке лестницы и смотрю на него в ответ. Фельдшер скорой помощи, осматривающий мой висок, делает мне выговор, когда я отворачиваю голову, но мне плевать на него. Потому что то, что происходит сейчас, – просто какой-то бред.
– Если уж кому и подавать в суд, так это мне, – недоверчиво говорю я.
Коп поднимает руку, призывая меня молчать.
– Мы беседуем с мисс Хейз, сэр."
"О да, мисс Хейз.
Чокнутая маньячка, которой оказалась моя девушка. Мастер кунг-фу, вырубившая меня статуэткой Уэйна Грецки.
Но, по крайней мере, свет включен. И теперь все могут стать свидетелями моего позора.
– Вы беседуете не с тем человеком, – бормочу я сквозь сжатые зубы. – Это на меня напали.
Одна из женщин-полицейских, прищурившись, смотрит на меня.
– Насколько мы можем видеть, сэр, потерпевшие здесь – вот эти молодые леди.
Она показывает рукой на пол.
