Дин говорил мне, что его родители – легкие в общении и непринужденные люди, но я все равно не могла в это поверить. Ведь они богатые юристы, у которых три дома, может, даже больше. Дин никогда не хвастается, но я знаю, что у его семьи есть по дому в каждой стране.
Глядя на них, ни за что об этом не догадаешься. Все время, пока я была в Гринвиче, мама Дина носила джинсы и фланелевую рубашку и призналась мне, что в выходных она больше всего любит возможность забыть про деловую одежду. Ее зовут Лори, она сохранила свою девичью фамилию и ведет практику под именем Лори Хейворд.
Папа Дина, Питер, такой же добродушно-веселый. Каждое утро он занимался какой-то бумажной работой в своем кабинете, но бо́льшую часть времени старался проводить с детьми: катался на лыжах с Саммер, играл в хоккей со своими сыновьями на открытом катке позади их особняка. Да-да, у них есть собственный каток.
Ник, брат Дина, оказался необыкновенно приятным мужчиной. Он привез с собой свою новую девушку, которая тоже работает юристом, но в другой фирме.
Поначалу она показалась мне чересчур чопорной, но потом, когда я узнала ее поближе, оказалось, что она очень даже милая.
А Саммер… ну, Саммер есть Саммер. Никаких фильтров, яркая, с заразительным смехом. Иногда мне кажется, что я люблю сестру Дина больше, чем его самого.
Но, как бы печально мне ни было прощаться с Хейвордами Ди Лаурентисами, я с радостью жду встречи с папой. Решаю немного побаловать себя, заказываю такси из Гринвича в Бруклин и уже поздно вечером качу свой чемодан через парадную и зову отца.
Папа сидит в гостиной в спортивных штанах и читает книгу под называнием «Физика хоккея». Он приветствует меня снисходительной улыбкой и брюзжит, когда я целую его в щеку и принимаюсь расспрашивать о самочувствии. Наконец ему удается перебить меня и спросить о том, как прошла моя поездка в Коннектикут. Когда я рассказываю ему, как здорово провела там время, он выглядит немного разочарованным, что заставляет меня нахмуриться.
Мы созваниваемся пару раз в неделю, так что папа уже в курсе, что я встречаюсь с Дином.
Но, к моему удивлению, старается не говорить на эту тему. Когда я рассказала ему, он лишь немного поворчал и с тех пор в разговорах больше ни разу не упоминал о наших отношениях.
Но сейчас отец решил высказаться.
– Он не создан для длительных отношений, Эй-Джей, – устало вздохнув, говорит папа. – Надеюсь, ты это понимаешь."
"Эти откровенные слова вонзаются в самое сердце.
