У меня замирает сердце. Он только что признался, что любит меня.
– Ты только что так сказал, – говорю я Дину, борясь с широченной улыбкой, которая грозит вот-вот появиться на губах.
– Я… – Дин прочищает горло. – Ладно уж, черт с ним. Думаю, так и есть.
– Ты серьезно?
Когда он кивает, мои губы начинают растягиваться против моей воли. Боже, как же сильно мне хочется сейчас улыбнуться!
– Я хочу услышать это снова, – умоляю я его.
Он потирает кулаком подбородок, и меня умиляет его смущенный вид.
– Ой, детка, не заставляй меня произносить это снова.
Плохо уже то, что я признался первым. Со мной такого никогда не бывало.
Моя улыбка сияет в полную силу, от уха до уха. Я слетаю с кровати и бросаюсь в его объятия, но голова кружится от счастья и мне не удается поцеловать его по-настоящему. Мои поцелуи слюнявые и жадные, и Дин хохочет как сумасшедший, пока я хаотично тычусь в него ртом.
Внезапно я отстраняюсь.
– Уверен, что с твоей головой все в порядке?
– С ней все нормально, – уверяет он меня, и я чувствую вибрацию его радостного смеха, когда снова принимаюсь чмокать его лицо.
– Это хорошо, потому что, по-моему, мы должны заняться сексом.
Я толкаю его к кровати, положив руки ему на талию.
Дин изображает изумление.
– Мы должны? И почему это?
– Потому что ты сказал, что любишь меня, и я тоже тебя люблю, а ты знаешь, как сильно меня возбуждает вся эта романтическая фигня. – Я практически сдираю с себя рубашку. – Милый, ты даже не представляешь, какая я сейчас мокренькая.
Веселье в его глазах тут же сменяется томным желанием.
– Покажи мне, – просит он.
Я стягиваю с бедер легинсы, трусики – тоже. Пинаю их в сторону и подхожу ближе к Дину. Потом беру его руку и кладу между своих ног. Она тут же сжимается в кулак, тогда я кладу свою ладонь поверх его костяшек и двигаю наши руки по своей мокрой промежности.
Дин стонет, и в этот раз не от боли. Или это другая разновидность боли. Его эрекция натягивает трусы – твердая длинная выпуклость, которую я жажду ощутить внутри себя.
– Элли… – Его голос звучит хрипло.
– М-м-м? – Я двигаю бедрами.
– Я люблю тебя.
Эти три слова вызывают внутри целый пожар. Я издаю стон. Дин – тоже. Я знаю, он чувствует, как сжимаются мои бедра, как влага покрывает его ладонь."
"– Боже мой, – сдавленно произносит Дин, – вся эта штука с любовью реально возбуждает тебя.
– Говорила же.
Я толкаю его, он падает на матрас и приподнимается на локтях.
– Я собираюсь кончить на тебя. Множественные оргазмы и все такое.
