Сдавайся, это любовь…

Все равно чирикать начнете, если звезды на плечах не жмут, – Антон зыркнул на меня яростным взглядом, а напоровшись на самую лучезарную улыбку, пятнами пошёл. Больной ублюдок! – Вы уже завтра мне сдадите с потрохами своего кореша, позабыв о братстве. На блюдечке принесёте все нарушения, да ещё и лишнего наплетёте. Мне-то не рассказывай, знаю, как работает система. Ты, Монин, винтик в огромной машине, где нет места благородству и дружбе. Поэтому я жду с нетерпением твоего рапорта…

– Гондон ты штопаный, – прошептал Монин, но руку отпустил.

Он пилил меня хмурым взглядом, пытаясь понять, какого хера я улыбаюсь.

А мне и правда было весело.

Да начнётся представление!

Проходя мимо ошалелого Гвоздя, я и вовсе не сдержал смеха. Эта игра из задержания превратилась в гляделки, честное слово. Монин – на притаившегося Генеральчика, прячущего улыбку за пачкой сигарет, Гвоздь гипнотизировал растерянного Баранова, а толпа коллег, поняв, что спектакль если и будет, то за плотно закрытой дверью, протяжно ухнули и, игнорируя начальника, отправились в курилку.

Баранов же был настолько опечален сорвавшейся феерией своего появления, что пробежал мимо меня, доставая из кармана сотовый телефон, и скрылся за дверью кабинета.

– Кир, что происходит? – Монин втолкнул меня в комнату для допроса, врубил свет и отточенным движением перецепил наручники к металлической планке на столе.

– Дайте ему сигарету! – прохрипел Гвоздь, застывший в дверном проёме. – Ты что… что задумал, Чибисов?

– Я? Нет, товарищ полковник, мои мысли теперь для вас – закрытый архив.

Но одной я всё же поделюсь, так сказать, в память о прошлом. Так вот, я всё голову ломаю, что же заставило вас, прожжённого полкана, пойти на поводу у ублюдков? А? Неужели только за бабки вы готовы прикрыть крыс?

– Что ты себе позволяешь, щенок? – старик бросился на меня, схватил за ворот футболки и стал трясти, как старый пыльный ковёр. – Я тебе тут такую сладкую жизнь устрою!

– Во-первых, я здесь как задержанный, спрос с меня не по форме, поэтому слушай сюда, бывший полкан.

У тебя был шанс не вестись на провокацию Баранова, но ты предпочёл схавать деньги от Орлова. Да? Дачку себе ещё одну прикупил? Или сыну квартирку поближе к морюшку? Так вот, не обижайся теперь…

Гвоздя было жалко. Очень. Но его никто не заставлял ложиться и под Орлова, когда тот саблей размахивал, желая снять с меня погоны за сыночку, и под Антона, которому с лёгкостью подписал санкцию на моё задержание.