Он зараза, бесшумно выходит из кабинета именно в тот момент, когда я пытаюсь незаметно осмотреться и понять: куда подевали силиконовую Анфиску.
— Нет, всё в порядке, — натягиваю на лицо беззаботную улыбку и выше поднимаю подбородок. — Вам показалось.
— Ну-ну.
Ехидное хмыканье намеренно цепляет за натянутые нервы, но я стоически его игнорирую. Ни за что не дам повода над собой насмехаться. Но тот, как по заказу, находится сам.
— Подать вам чай? Кофе? - нарушает кратковременную тишину помощница Сатаны.
Понимаю, что она всего лишь выполняет свои рабочие функции, а не подыгрывает Арбатову.
Но того уже во всю распирает от довольства, будто главный приз в лотерею выиграл.
— Так как, Арина, — подначивает Руслан Германович, сверкая темными глазами из-под широких бровей, — кофе пить будешь? Или как в прошлый раз.
О каком прошлом разе идет речь — и ежу понятно. Только я не испытываю стыд за свое поведение. У каждого личные нормы и принципы морали, я вот такая —брезгливая до крайности. Особенно с теми, кто мне неприятен.
"
"— Буду, конечно, — адресую Эльзе широкую улыбку, — с удовольствием.
В кабинете, оказывается, меня ожидает Самков. Здороваюсь с мужчиной и занимаю место за столом, как предлагает Арбатов.
Внимание сразу привлекает папка. Обычная пластиковая папка зеленого цвета, которая ничем не отличается от сотен других, виденных раньше. Но тут словно срабатывает предчувствие.
Особенно в тот момент, когда холеные руки кладут ее прямо передо мной.
Мне страшно ее открывать. Вот так... без логичного объяснения.
Просто где-то на подкорке ярко вспыхивает искра, что содержимое непременно причинит боль.
— Что это?
— Ответ на твой вопрос.
Арбатов подталкивает скоросшиватель в мою сторону.
— Посмотри.
Прохожусь по шершавой поверхности подушечками пальцев, пытаюсь совладать с внутренним сопротивлением, настроиться.
А разве можно настроится на негатив? Глупость. Никогда. Это самообман.
— Передумала?
Как ни странно, в голосе мужчины не улавливаю ни капли насмешки. В графитовом взгляде тоже ее не нахожу.
Там просто темнота, клубящаяся... сожалением?
Всё-таки открываю.
Скольжу глазами по листу формата А4. Цепляюсь за угловой штамп медучреждения, скатываюсь вниз на слово «Заключение», перелистываю, и еще перелистываю. Зависаю, изучая собственную подпись. Выдыхаю с шумом, на секунду опускаю ресницы, а затем заставляю себя читать с начала и до конца всё подряд.
Минута, вторая, третья, пятая.
Чем больше узнаю, тем отчетливее становится тонкий свист в ушах.
