Да, я его оставил на месте после некоторых размышлений, хотя желание убрать с глаз долой, как и остальных провинившихся, было огромное.
Но Савин сам попросил дать ему второй шанс. Даже то, что пару раз словил от меня по почкам и по роже за херовую работу, стремление не отбило. Ходит теперь, красавец, сияет разбитой скулой под дверью Аринкиной палаты, зато смотрит в оба глаза и посторонних отгоняет, как цербер.
Такие тут тоже попадаются. Платная клиника, закрытая часть здания. Ан нет.
Репортеры же, как ужи, везде горазды проскочить в поисках сенсации.
Но урок от охраны Зотова мои хлопцы усвоили четко. Белые халаты у них теперь на особом контроле.
— Сейчас выйду.
Бросаю взгляд в сторону кровати, где отдыхает Осипова, и поднимаюсь с дивана.
Вторые сутки тут. Врачи говорят, она в порядке. Небольшое сотрясение и ушибы. В ребрах даже трещин нет, отделалась легко.
Сам это понимаю, но потом вспоминаю бурые кровоподтеки на теле и в височной части черепа и скручивает за грудиной. в общем, пусть тут лежит под наблюдением, нечего домой спешить.
— Что с машиной? — интересуюсь, пожимая руку Виктору, своему начбезу, выходя в коридор.
Забираю у него пластиковую папку с результатами обследования убитого в хлам японца и пролистываю до слова «Заключение».
— Как мы и думали. Кто-то перерезал шланг. Но аккуратно. Делали так, чтобы казалось обычной поломкой.
— Отпечатки?
— Нет. Чисто. В перчатках работали.
— Что по лихачу на приоре? Ж""пой чую, что не просто так он их подрезал.
— Видео с камер наблюдения сняли.
По всему чувак реально подставлялся. Он прямо от ворот клиники машину Арины Алексеевны вел. А на пустой трассе уже стал действовать.
— Значит, конкретно ее заказывали."
"— Так и есть. Рассчитывали организовать несчастный случай, но с летальным исходом. Женщина за рулем, экстремальная ситуация, сам понимаешь. Тут бы и машина с охраной вряд ли помогла, если бы началась паника.
— Единственное, что они не предусмотрели — это Зотова, — озвучиваю уже и так понятный факт.
Мурин просто кивает:
— Точняк.
— По всему выходит, что Ромашка, сам того не ведая, ее спас. Хоть где-то повел себя мужиком, думающим правильной головой, — цыкаю, потирая колючий подбородок. — Кстати, что там с ним?
— Операцию провели успешно, но состояние всё равно критическое. Серьезная черепно-мозговая травма. Он сейчас в коме. Врачи от прогнозов пока открещиваются.
— Ясно. Значит, ждать.
— Ага. Ты ж знаешь, у них на любой случай один ответ. Ждите. Ждите.
