Моментально попадаю под прицел графитового взгляда, но глаза не прячу. Смотрю в ответ прямо и даже улыбку сохраняю.
— Уверен на все сто, — Арбатов слегка наклоняет голову и неторопливо меня изучает.
— Вам показалось.
Раз решила упираться, так буду до последнего.
— Нет.
— Да.
— Значит, не скажешь, — подводит Сатана итог и усмехается. — Ла-а-адно, как хочешь.
Интересный момент. Вроде как он согласился с моими словами, но складывается ощущение, что всё наоборот.
Ужасный человек. Вот просто берет и подавляет своей аурой.
И тут же притягивает, как магнит. Жуть. Как лед и пламень в одном составе.
И уже не понимаешь: чего хочешь на самом деле?
Забыть о том, что видела в новостях, и откинуть глупую неправильную ревность прочь. Всё-таки мы — ненастоящие любовники, и Арбатов имеет право на лево. Он же — мужчина. И условие про «никого кроме меня на время сделки» касается только меня, но не его, или…
Или... не забывать.
Потому что момент с белобрысой красоткой, висящей на его локте, нет-нет, а всплывает в памяти.
Ворочает внутренности и доставляет дискомфорт.
— Руслан Германович, а почему вы мне помогаете сейчас? Это же не входит в нашу сделку. К тому же Самков сказал, что даже если Роман в коме, то развод все равно состоится. Просто придется получить дополнительный документ о его состоянии здоровья.
Прищуриваюсь и пытаю Сатану немигающим взглядом.
Усмехается.
— А у тебя самой нет мыслей?
Вот зараза! Теперь он отвечает вопросом на вопрос, и я на собственной шкуре убеждаюсь, как это раздражает.
— Нет, никаких.
— Уверена?
-- Да.
Держит паузу. Большим пальцем почесывает подбородок.
— Ты еще не готова услышать правду, — и выдав это в наивысшей степени непонятное нечто, он протягивает мне ладонь. - Пойдем, Арина, пора тебя выписывать.
39.
— Это еще что такое?
Арбатов замечает телефон, который я достаю из кармана, чтобы отключить бегущие на экране цифры. Теперь секундомер ни к чему.
Хитро кошусь на мужчину.
— А это мы, Руслан Германович, с Сергеем время засекали, чтобы не нарушить приказ и уложиться в выделенные мне на прогулку полчаса.
Кто знает, вдруг вы злобствовать будете. А мне моя охрана дорога.
Савин за спиной давится кашлем. Сатана застывает статуей самому себе, а я улыбаюсь.
Такие необычные ощущения — дергать тигра за усы и ждать его реакции. Рыкнет —не рыкнет. Покажет зубы, приподнимет когтистую лапу или беззлобно фыркнет.
— НУ, молодец, что такая ответственная, — выдает в итоге.
