Седьмой круг

Я изначально, как только узнал о случившемся, не собирался вас наказывать. Дело в том, что его смерть была делом времени. Мне стало известно, что именно Купер сдал нас в тот вечер, когда напали шотландцы, а не одна из шлюх. Он был с ними в сговоре, и, вполне вероятно, кое с кем еще.

— Нужно тщательнее выбирать друзей. — отпарировала Элизабет. Улыбка покинула лицо графа. Глаза его зло сверкнули.

— Нужно тщательнее выбирать мужей. — бросил ей в лицо Мельбурн. Элизабет задохнулась, лицо ее побледнело, когда удар достиг цели.

Но она сдержала его, внутренне готовая к чему-то подобному.

— Вы правы, милорд. Я ошиблась в выборе мужа и сполна поплатилась за это. — сказала девушка. Ричард Мельбурн удивленно выгнул бровь.

— Вот как? Вы, наконец, одумались и перестали ждать своего благоверного? — спросил он. — И откуда такая перемена? Может, другой мужчина занял место в вашем сердце? Благородный и добрый, пообещавший вам что-то, отчего вы не могли отказаться.

— О чем вы, ваше сиятельство, у меня больше нет сердца.

Как можно занять то, чего не существует. — холодно отозвалась Элизабет, опустив глаза. Она чувствовала, как пытливый взгляд графа сверлит ее лицо, и недоумевала, чем вызваны его подозрения. О каком мужчине толкует Мельбурн? Разве можно думать о мужчинах, воспринимать их, желать, после всего, что с ней произошло?

— Вы лжете, Элизабет. И прежде всего, самой себе. Ваше сердце больше, чем у любого из нас. Но в нем слишком много гнева. И ярости. И презрения. Но, если бы ваш дорогой супруг явился сюда в доспехах и мечом в руке, вы с радостью пали бы в его любящие объятия.

— Не понимаю, к чему этот разговор. — Элизабет едва сдержала раздражение, произнося эти слова.

— Ваши слова о простынях и одеялах направили мои мысли на определённый лад. — чувственная улыбка тронула губы графа, и непонятный страх охватил все тело Элизабет. — Как вы думаете, миледи, ваша подружка Мэри, которая прячется сейчас в углу, как испуганная мышь, достойна лечь на простыни, которые вышивали вы своими тонкими пальчиками.

— Надеюсь, Мэри минует эта незавидная участь. — пробормотала Лиз, чувствуя, как краска заливает ее лицо.

— Отчего же незавидная? — самодовольно усмехнулся граф. — Мэри никогда не жаловалась. И ни разу мне не отказала.

— Возможно, у нее не было выбора.

— Если я прикажу вам лечь в мою постель, вы сделаете это?

— Нет. — возмущенно вспыхнула Элизабет. Глаза графа потемнели.

— Так о каком выборе вы говорите? Я никогда не принуждал женщину к близости.