Седьмой круг

Главный демон замка вернулся, чтобы снова превратить жизнь одной из них в сущий ад.

Весь день до позднего вечера Мэри и Элизабет, не покладая рук, трудились над длинной богатой материей, вышивая на ней сцену из мифа о короле Артуре. Тайное свидание Гиневры и Ланселота в саду. Сюжет выбирала Мэри, решив, что кровожадные чудовища и свирепые битвы рыцарей будут не совсем уместны в зале, где проходят пиры и приемы светских особ.

Уже давно стемнело, и небольшую гардеробную освещали лишь несколько свечей, когда девицы с облегчением вздохнув, закончили свой долгодневный труд.

Они пропустили обед и ужин, и теперь чувствовали себя утомленными и умирали от голода.

— Перекусим на кухне. Месье повар давно спит, и не станет журить нас за позднее бродяжничество по его епархии. — прижав ладонь к бунтующему желудку, предложила Мэри. Элизабет согласно кивнули.

Не смотря на поздний час. На кухне кипела жизнь. Кухарки и прислуга готовила продукты для завтрака, мыли котлы и вертела, стирали скатерти, натирали полы. Словом, создавалось впечатление, что кухня никогда не спит.

Жена повара, мадам Мадлен Дюваль угостила голодных юных тружениц теплым молоком и хлебом, а также выделила по куску нежного лосося, оставшегося после ужина графа. Элизабет быстро наелась, и поделилась рыбой с кошкой, которая терлась об ее ноги и мурлыкала.

— Лиз, негоже кормить Твини лососем. Ты совсем ее избаловала. — пожурила девушку Мадлен. Полная и суетливая женщина с всегда потным лицом и выбивающимися из-под чепца рыжими кудряшками, была добра к Элизабет, в отличие от ее мужа, и не раз тайком присылала ей с какой-нибудь неболтливой кухаркой лакомый кусочек.

— Извините, мадам Дюваль. Твини меня разжалобила своим мяуканьем. Я больше не буду.

Мадлен погрозила девушке пальцем и добродушно улыбнулась.

— Ну, как граф? Все обошлось, детка? — спросила женщина.

— Вроде. — вымученно улыбнулась в отчет Элизабет.

Утолив голод, девушки поспешили убраться с кухни, чтобы не провонять свои скромные платья запахами еды и бараньего жира.

Всполоснув в тазу лицо и руки, Элизабет расправила перед собой гобелен, критически разглядывая совместную с Мэри работу.

— Совсем незаметно, что платье Гиневры вышито разными тонами красного. — сделала вывод Лиз Невилл. — Совсем неплохо, я тебе скажу.

— Еще бы. — самодовольно хмыкнула Мэри. — Я не умею плести косы, но вышивание и шитье у меня в крови. Ты понесешь графу сейчас? Можно, отложить и до утра. Не стоит тебе появляться в его покоях так поздно.