Седьмой круг

А я чувствую себя особенно живой, потому что отвоевала свою жизнь кровью и болью, поруганной честью, сквозь предательства и ложь, через гнев, слепящую ярость и ненависть. Мне удалось выстоять и сохранить остатки былого я, приумножив печальным опытом и мудростью. Я никогда не стану прежней, но буду вынуждена играть роль, которую навязывает общество. Не понимаю, зачем? И кому это нужно?

— Так устроена жизнь. — печально улыбнулась Джейн Митчелл. Глаза женщин встретились. — Я понимаю, что вас тревожит, дитя. Только вы сами можете помочь себе.

Начните жизнь с чистого листа, оставив в прошлом свою злосчастную мудрость и смелые мысли. Вы молоды и красивы, и впереди еще много радости. Не оглядывайтесь назад. Живите сегодня.

— Как ровно и гладко вы говорите. — ироничная улыбка тронула губы Элизабет. — Вы знаете всю мою историю. Скажите, вы смогли бы забыть?

— Я не была на вашем месте. — глаза женщины потемнели от печали и сочувствия. — Мне сложно ответить. Я бы хотела сказать, что да, смогла бы. Бог учит нас смирению и прощению.

Вы должны верить, леди Элизабет. Бог все расставит по своим местам.

— Если бы это действительно было так. — тихо отозвалась Лиз, захлопывая книгу, и порывисто вставая на ноги. Ее тяжелое бархатное платье с длинными ниспадающими с локтей широкими рукавами, шумно колыхнулось. Темные и светлые оттенки голубого подчеркивали цвет глаз девушки, ее светлую чистую кожу и серебряный блеск белоснежных волос, уложенных красивыми локонами по плечам. Глухой высокий воротник придавал ее облику утонченную строгость, и в тоже время она выглядела такой юной и уязвимой в роскошном голубом наряде, лицо ее было напряженно и тревожно.

Она нервно прошла к окну, похлопывая книжной по пышному подолу платья, не замечая как подозрительный взгляд леди Митчелл, неотступно следует за ней. Выглянув в окно, она тяжело вздохнула, прижавшись лбом к мозаичному стеклу. Пальцы в белой перчатке коснулись деревянной резной рамы. Жизнь замка и его жителей текла своим чередом. Из-за дня в день Элизабет наблюдала одну и ту же картину. Она так часто смотрела в окно, что местные крестьянки выходя во двор, невольно поднимали голову вверх, чтобы поприветствовать красивую леди, улыбающуюся им грустной улыбкой. Сегодня люди особенно суетились. Вернулся граф со своей свитой, и им добавилось работы.

— Прошло уже шесть часов, почему граф до сих пор не удосужился проведать меня? — Элизабет, наконец, задала вопрос, который мучал ее так долго. — Надеюсь, что он не ранен.