Седьмой круг

Но разве не этого он хотел с самого начала? Отобрать у нее все, чем она дорожит, растоптать ее гордость, превратить в покорную дрожащую от страха рабыню? Что же случилось? Почему ему невыносима мысль….

— Не сейчас. — неожиданно для самого себя сказал Ричард, резко одернув руку. Он видел, как дрогнули ресницы девушки и расслабились плечи, сведенные мучительным напряжением.

— Если мои слова могут что-то значит для вас, милорд, — нервно теребя край рукава тонкими пальцами, проговорила Элизабет, опустив голову.

Тяжелые золотые волосы упали ей на грудь, спрятали от него ее лицо. Знали ли она, насколько красива? После всех мучений, ее красота не только не завяла, но и стала еще ярче, еще увереннее. Ничего не осталось от высокомерной избалованной изнеженной девчонки. Теперь это была женщина, умная, сильная и глубоко несчастная. Женщина с собственной трагической историей. Острое не поддающееся объяснению и здравому смыслу желание вновь пронзило его, лишив почвы под ногами. Он ожидал чего угодно, но не этого. Как можно желать ее? После всего, что он сделал? После всего, что он видел и знал? Элизабет продолжала что-то говорить, но он не слышал, лишь обрывки фраз доносились до его помутненного сознания.

— …Вы хотели, чтобы я умоляла вас, милорд. Вы пытались заставить меня покориться, и склонить голову. Я сделаю это, если вы никогда… вы не будете…. Ваше сиятельство, у меня совсем не осталось сил сражаться с вами. — голос ее задрожал, и она вскинула голову, чтобы посмотреть на него.

 — Где-то очень глубоко внутри вы понимаете, что были чересчур жестки со мной. Я видела, как вы добры к Луизе. Вы любите ее, уважаете своих друзей. Вы готовы умереть, защищая их. И вы спасли мне жизнь. Прошу вас послушайтесь здравого смысла. Если я, по вашему мнению, заслужила все, что со мной сделали вы и ваши люди…. - она запнулась, опустив длинные черные ресницы. — Разве недостаточно для одной женщины?

— О чем вы просите меня, Элизабет? Отпустить вас? — устало спросил он, отворачиваясь от нее.

 — Я не могу этого сделать. Не трогать вас? Что ж, это мне по силам. У меня достаточно женщин, которые с радостью сделают то, что вызывает в вас страх и отвращение. Я не собираюсь вас насиловать, если вы об этом.

— Именно это я и хотела услышать. — прошептала Элизабет. — Больше ничего.

— Я должен кое-что сказать вам, Элизабет. — Ричард снова повернулся к ней. Темная прядь волос упала на его лицо. — Следующей ночью я уезжаю, и забираю с собой Луизу.