Сейчас и навечно

Дарлин переплела свою руку с моей, когда мы отправились в путь.

– Это нормально? – спросила она, когда я вздрогнул.

– Да, конечно. – Ее внезапное прикосновение к моей руке послало электрический разряд сквозь все тело, и я выругался про себя. Джексон оказался прав: я вышел из игры. Забыл, как это – флиртовать с девушкой.

Кафе «Дю Норд» было небольшим, подвальным помещением под рестораном, – бывшим музыкальным клубом, где раньше танцевали свинг. Мы спустились вниз по небольшой лестнице в овальную комнату без окон.

В дальнем конце находилась сцена, но сегодня вечером она скрывалась за бордовыми шторами, а из колонок доносилась джазовая музыка. Мы миновали бильярдные столы слева, и Джексон сразу повел нас к бару в другой стороне.

– Первый за мой счет, – сказал он Дарлин и хлопнул меня по плечу. – Остальные за его.

– Я возьму колу с тремя вишнями.

Джексон попытался перекричать слишком громкую музыку, подскочив на месте:

– Нет, колу с тремя вишнями, – ее улыбка натянулась. – Я не пью… когда танцую.

– Справедливо. – Джексон повернулся ко мне. – А ты что будешь, здоровяк? Как обычно?

– Только один, – ответил я. – Не хочу, чтобы ты воспользовался мной позже.

Джексон заказал содовую для Дарлин и два «Московских мула» для нас с ним. Над головой ревели Big Bad Voodoo Daddy, а на танцполе под светом старомодных ламп, отбрасывавших золотые тени, раскачивались десятки людей.

Бармен поставил перед нами колу и две медные кружки с лаймом на ободке, наполненные водкой, имбирным элем, льдом.

Джексон бросил двадцатку, а затем поднял свой стакан в воздух, сказав тост:

– За вторжение, – повторила Дарлин низким голосом.

Мы чокнулись, и я завороженно смотрел на Дарлин, достающую вишенку из напитка и подносящую ее к губам, окрашенным в точно такой же цвет. Она задержала ягоду зубами, чтобы оторвать плодоножку, и проглотила.

– Черт возьми, – прошептал Джексон мне на ухо. – Ты видел это?

– Она самая горячая женщина в этом клубе.

– Знаю, – сказал я, не сводя глаз с Дарлин, которая мило беседовала с Пенни, одной из наших друзей из Гастингса.

 – И она даже не догадывается насколько.

Джексон ткнул меня в бок.

– И какого черта ты ждешь? Пригласи ее на танец.

– Я не умею танцевать, – сообщил я. – Ты же знаешь.

– Ты не оставляешь мне выбора. Подержи.

Я стиснул зубы, когда Джексон протянул мне коктейль с таким видом, будто я первокурсник, вынужденный исполнять его приказы. Он взял Дарлин за руку и отвесил слегка преувеличенный поклон.