Сейф за картиной Коровина

Было в ней что-то ясное и притягательное. Говорила она просто, легко со всем соглашаясь.

– Я давно не работаю, все время дома с Юлечкой и часто наблюдаю за вами. Вы такая забавная.

– Знаете, где мои окна?

Розовая Роза засмеялась и простодушно заметила:

– Я знаю всех соседей, знаю, кто где живет. У меня много времени, я часто смотрю в окно.

Она определенно нравилась Дайнеке.

– Скажите, почему вы все время одна? – продолжала Розовая Роза.

Дайнека насторожилась, она вспомнила, что во время беседы со следователем заметила в свинском окне силуэт.

– У меня была подруга, – медленно проговорила Дайнека.

Розовая Роза опустила глаза.

– Да, я знаю, ее убили. Окна ее квартиры рядом с вашими. Тоже три.

– Я кого-то видела в вашем окне. Это вы стояли у окна той ночью?

– Да, ожидала Васю. Он задерживается… иногда. Та девушка тоже кого-то ждала. В гостиной был накрыт стол. На двоих. Ромашки в вазе. Она долго стояла у окна, а потом побежала в коридор, наверное, открывать дверь. Но больше не появилась.

– А дальше? – осторожно спросила Дайнека.

– Через какое-то время я увидела вас. Вы прошли через гостиную. Затем убежали. Потом… – Женщина сделала паузу. – А потом прошел мужчина. Но я его не рассмотрела. И никогда раньше не видела.

«Все сходится», – пронеслось в голове Дайнеки.

– Роза, – она перевела дух, – какой он был – старый, молодой, коренастый или высокий? Опишите его, пожалуйста.

– Ну, не знаю… Скорее высокий… Я все рассказала следователю. Ко мне уже приходили.

– Вы говорите, что долго стояли…

– В полночь вернулся Вася, дальше я ничего не видела.

Дайнека заволновалась и, протянув руку, торопливо забормотала:

– Подождите, подождите…

Розовая Роза, казалось, прониклась значимостью повисшей паузы.

– Да, конечно, спрашивайте.

– Понимаете, я видела вас в окне позже, около часа ночи, когда разговаривала со следователем.

Женщина покачала головой:

– Нет, я уже легла спать.

Дайнека недоуменно пожала плечами.

– А во дворе вы никого не видели перед тем, как все это случилось?

Роза опустила глаза и помолчала.

– Было темно, я ни в чем не уверена, поэтому не сказала следователю. – Она подняла глаза, будто ища одобрения своему поступку. – Не хотелось возводить напраслину… В общем, когда ваша подруга стояла у окна, во дворе был тот бродяга, которого все здесь кормят. Но она больше всех с ним возилась, даже домой к себе приводила. Я сама видела.

– Да.