Секрет от мужа сестры

 — Вы видите разницу теперь? Или сейчас тоже все замылено любовью к старшей дочери? Ульяна одна без помощи и поддержки одна воспитывала ребенка в чужой стране, а Алла скинула опеку за новорожденным ребенком на вас. Да что у вас в груди находится вместо сердца? Как так можно? — недоумевал я.

— Моей вины много, ее не искупить, Сашу не вернуть… — грустно покачала она головой, а ее глаза заблестели от слез. — Аллу я всегда выделяла неосознанно. Ульяна нам с Сашей на самом деле не родная дочь…

— Что? — я скривил лицо.

— Мы растили девочек, чтобы они ни о чем не догадывались. Мне казалось, что я никого из них не выделяю и люблю одинаково. Брат Саши разбился с женой, когда Ульяна была совсем крохой, почти как Матвей сейчас. Ей и полугода не было. Они только-только ее родили. Близких никого, Саша и Артем детдомовские. Мы конечно же взяли Улечку к себе… Да я и не замечала, что с ней что-то не то.

Она всегда скрытная была, тихая, скромная… Улетела в Америку, постоянно рассказывала, как мечтает жить за границей… Откуда мне было знать, что у нее на самом деле на сердце и в мыслях? Они с Аллой такие разные…

Я тяжело вздохнул и покачал головой, не желая верить в этот кошмарный сон. В голове не укладывалось такое бессердечие со стороны Веры Васильевны.

— Алла уже неделю дома не появляется после похорон Саши… Матвей со мной все время, смерть мужа меня сильно подкосила, — я смотрел на нее исподлобья и не знал, что думать и говорить.

Мне по-прежнему хотелось, чтобы Алла и Вера Васильевна исчезли из нашей жизни с Ульяной. Только теперь уже навсегда. — Вся семья в одночасье распалась… — продолжала женщина свою исповедь, но мне было наплевать на ее чувства.

У меня внутри было столько боли, что я не понимал, как еще держался. Хотелось подойти к Вере Васильевне и хорошенько ее встряхнуть за плечи, чтобы она перестала вести себя, как амеба.

Ульяна была такой же ее дочерью, как и Алла! Неважно рожала она ее или нет, но если много лет назад она взяла на себя ответственность за воспитание этого ребенка, то делала бы это как с родным!

— Семья? — горько ухмыльнулся я. — Она давно у вас распалась. Когда вы Ульяну взяли к себе, а правду ей не сказали.