Кажется, она может болтать об этом часами, гораздо больше, чем длится дорога до моего дома, но я просто слушаю и мне интересно. Наверное, с не меньшим бы интересом слушал от нее даже теорию квантовой вероятности.
Таня осторожно переступает порог моей квартиры, как будто ждет какой-то подвох, и мне даже жаль, что это настороженное выражение лица и хитрый взгляд пропадут зря, но никакого выпрыгивающего из-за угла сюрприза я не приготовил."
"— Давай своего монстра, - забираю у Туман горшок и ставлю его на тумбу в прихожей, а потом помогаю раздеться.
По случаю праздника на ней пушистый белый свитер в облипку и я замечаю под тонкой вязкой черный силуэт бюстгальтера. И то, как Таня пятится к двери, буквально прилипает к ней спиной, словно ноги отказались ее слушаться, и в каком-то непонятном мне приступе смущения пытается прикрыться руками. Выразительно выгибаю бровь – и ее руки безвольно опадают вдоль тела.
У нас впереди целый вечер и вся ночь, и спешить совершенно некуда, поэтому я позволяю себе минутную слабость, которая накатывает слишком стремительно, чтобы я успел подготовить хотя бы один здравый аргумент «против».
В конце концов, чем больше я распалю сейчас свою малышку, тем больше она расслабится в постели. Поверить не могу, что я все-таки выдержал эти двадцать дней, хоть потребность нарушить запрет возникала каждый раз, когда мы с малышкой оказывались наедине.
Я выдержал эти двадцать дней ради нас. Не потому что испытываю удовольствия от самоистязания и уж точно не из-за отсутствия желания иметь нормальный секс.
Я давал Тане шанс передумать, увидеть меня трезвым взглядом и понять, что, возможно, ровесник подходит ей больше. Давал шанс уйти, чтобы она не жалела, что, поддавшись импульсу, отдала свою девственность совсем не тому парню.
Глядя на то, как тонкий свитер натягивается под напором ее твердеющих сосков, я почти уверен, что хрен бы куда ее отпустил.
— Дым… - несмело выдыхает мое прозвище, и я придвигаюсь к ней всем корпусом, опираюсь лбом в дверь у нее возле уха.
Рука сама поднимается вверх, указательный палец неторопливо очерчивает тугую вершинку поверх одежды.
Туман пытается повернуться ко мне, тянется для поцелуя, но я выразительно толкаю ее от себя, заставляю смотреть вверх, показать мне свою тонкую шею и дрожащую под светлой кожей натянутую струну вены.
— Когда ты сегодня будешь совсем голая в моей постели… - Я еще не сказал ничего такого, но моя малышка перебирает ногами и трет коленями. – Я обязательно возьму в рот твои соски.
