Теплый душ окончательно расслабляет, и я кулем валюсь в кровать. Даже не хватает сил укрыться.
Будильник в телефоне срабатывает в пять тридцать. Я никогда не валяюсь в постели ни минутой больше, поэтому выключаю назойливую трель и пытаюсь сесть, но вдруг соображаю, что, кажется, лежу в постели не один. Опускаю взгляд на живот – там обнимающие меня женские руки. И я даже знаю, чьи это руки, потому что на запястье одной – мои часы. Первая мысль в голове: хорошо, что я вчера нашел силы надеть футболку и домашние штаны, потому что обычно я сплю вообще в одних трусах.
Ночная гостья немного возится у меня за спиной, вздыхает. Чувствую громкое сопенье мне в лопатки. Кое-как, чтобы не разбудит, разворачиваюсь сперва на бок, потом – лицом к Тане. Даже во сне она пытается меня поймать: шарит вокруг себя, натыкается на футболку у меня на груди, сжимает ткань в кулаках и расслабленно выдыхает.
Блин, меня так вырубило, что даже не услышал, как она пришла.
Что вообще в голове у этой девчонки? Странно, что нас до сих пор не нашли вдвоем в одной постели.
И, как по заказу, ручка двери опускается вниз.
Я пытаюсь отодвинуться.
Ручка снова ходит ходуном, но дверь не поддается. Только через секунду замечаю повернутую в вертикальное положение защелку. Бросаю взгляд на спящую Туман и с трудом подавляю желание врезать ей по заднице: значит, она все предусмотрела и подстраховалась. Умница.
Кто бы там не ломился в мою комнату, он уходит ни с чем.
А Таня сонно хлопает глазами, поднимает взгляд по моей груди, останавливается у меня на губах.
Улыбается, пододвигаясь так плотно, что мне либо нужно позорно сбегать, либо поддаваться натиску ее ног, которые она ловко переплетает с моими.
— Доброе утро, - тянет за футболку, но я слишком большой для нее, так что попытки сдвинуть меня с места туман с треском проваливает.
— Я точно не давал повода думать, что ты можешь лезть ко мне в постель, - говорю довольно грубо, потому что чувствую себя… странно.
У меня утренний стояк, а если она придвинется еще ближе, то… блин.
— Это не твоя постель. – Таня закрывает глаза.
— Ты придираешься к формулировкам.
— А ты большой, и теплый, - убивает меня наповал. – Я испугалась грозы.
Мы оба понимаем, что она просто валяет дурака. Но я продолжаю лежать рядом и разглядывать веснушки у нее на щеках.
Было бы ей хотя бы двадцать и не была бы она Тумановой… Хотя, я вообще не связываюсь с женщинами младше двадцати пяти.
