Мало мне было обидных слов Гены, теперь еще и эта туда же."
"— Зато я могу понять, почему он бросил тебя, — проговорила в ответ как можно спокойнее. Еще не хватало тратить нервы на всяких истеричек.
Я не стала ни подтверждать, ни опровергать ее домыслы. С какой бы стати? Все, что я сделала, так это направилась к дому Виктора Тура, игнорируя раздраженную и красную от возмущения фурию. Мне плевать, что она думает обо мне. Я о ней вообще думать не собираюсь.
— Ты еще пожалеешь, сучка!.. — донеслось мне вслед.
Но вот я очутилась в фешенебельном вестибюле роскошного дома. Охранник проверил мои документы и проводил в пентхаус Виктора Тура, услужливо открыв дверь и пригласив внутрь. Сам он не вошел, оставив меня наедине с собой.
Как и ожидалось, квартира босса больше напоминала дворец. Стильно, современно, дорого. В интерьере преобладали серо-белые оттенки, дополненные яркими желтыми вставками в виде картин, ваз, подушек на диванах. Особенно меня поразила высота потолка — метров десять, никак не меньше.
Но я пришла вовсе не за тем, чтобы рассматривать холостяцкую берлогу Виктора. Сосредоточилась и направилась в кабинет. Открыла ящик стола и буквально ахнула. Рядом с ключом, который действительно лежал сверху, находился предмет, который так дорог моему сердцу. Мой кулон. Я потянулась к нему, не сразу заметив, что цепочка, которая, по идее, должна быть порвана, теперь цела. Сжала в ладони драгоценную половину монетки, а после сунула в карман.
И в этот момент была поймана за руку.
Глава 40
Кира
Развернулась и встретилась с взглядом с пронзительно черными глазами Виктора Тура. Он смотрел на меня странно: без ненависти или презрения. Скорее с любопытством.
— Ничего мне не хочешь рассказать? — тихо спросил он, отпуская мою руку.
Как ему удалось бесшумно войти? Может быть, все это время Виктор вообще был в квартире? Хотя, какая разница теперь… Главное, что я была застигнута на месте преступления и поймана с поличным.
Набрала полную грудь воздуха, зажмурилась.
Но так и не смогла произнести ни слова. Страх и раскаяние сжали мое горло стальными тисками. К глазам подступили слезы.
— Кирочка, Кирюша, — нежно позвал Виктор и коснулся пальцами моих щек. — Не плачь, пожалуйста. Просто признайся, что забрала свою вещь, я не собираюсь тебя за это ругать и тем более наказывать.
— Правда?
Мои глаза широко распахнулись. Я смотрела на Виктора с недоверием.
— Конечно, моя светловолосая незнакомка.
