Плохие девчонки, зайка, - мужчина ласкающе проводит большими пальцами по моей обнаженной спине, - должны быть наказаны.
Он что, в суд на меня решил подать?
Или просто уволить по статье с записью в личном деле?
Или…
- Это не то, что ты думаешь! – вскрикиваю я, наконец придя в себя. – Я… я шум услышала, зашла проверить. Вдруг ты окно забыл закрыть, и кто-то в офис влез!
Боже, как стыдно быть застуканной на месте преступления.
- А в столе ты моем рылась, потому что злодея там надеялась найти? – мужчина говорит спокойно, излишне медленно даже.
А затем я чувствую Сашину ладонь, нагло забравшуюся мне в вырез платья.
- Глобус упал, - сочиняю я, нервно облизывая губы, - и каблук сломался. И я искала… клей. Да, клей.
- Конечно, ты клей искала… маленькая врушка, - мужская рука сжимает мою грудь и больно, и сладко – так, что я тихо вскрикиваю.
И покидает меня. Тогда, как мне уже почти понравилось.
Или не почти?
Саша разворачивает кресло вместе со мной, сидящей на нем, и я оглядываю его снизу вверх.
Кажется, Серый Волк скинул маску, и перестал сдерживаться.
Рубашка уже расстегнута на несколько пуговиц, мышцы напряжены, будто он к броску готовится, а еще… еще он возбужден. И очень наглядно мне это демонстрирует.
- Я не согласна, - испуганно пищу, поняв, что означает это его «наказание». Приподнимаю ногу, выскользнувшую из туфли, и упираюсь ступней в твердый мужской живот. – И я буду кричать!
- Будешь, зайка. И очень громко, - Александр обхватывает мою ступню, и силой опускает ниже, чтобы я почувствовала тугую эрекцию.
– Всю ночь напролет, пока я буду тебя наказывать, ты будешь кричать. Можешь начинать сейчас.
Но вместо криков и ругани я сижу, как заколдованная, и упираюсь ногой в его набухший член. Сердце как сумасшедшее из груди рвется, и все мысли только о том, что я ведь могу не сопротивляться.
Наоборот, податься к мужским бедрам, расстегнуть ремень, и стать уже женщиной.
Узнать, что это такое, наконец, и почему все человечество на сексе помешано.
Ну уж нет!
Каким-то чудом вскакиваю со стула, и несусь к двери босиком, чувствуя, как азарт разливается по крови, будоража и ее, и сердце.
Хочется смеяться, и петлять по коридорам.
Хочется сбежать."
"И хочется, чтобы Саша меня поймал.
И он ловит меня у выхода из офиса. Ни слова не говорит, а лишь взваливает на плечо, и звонко шлепает по попе.
И несет в свое логово.
В кабинет, то есть.
Глава 36. Александр
Аппетитная попка, туго обтянутая платьем так и манит.
