То есть, счас будет! Пять минут! — и Вентура метнулся в круглосуточный супермаркет, в надежде достать звезду с неба (ой, простите) — чай, ромашковый, для одной вредной девчонки, что поселилась в его доме.
Полковник даже не заметил, что вышагивает в домашних мягких брюках и строгих начищенных ботинках, которые носит на работу с костюмом.
Внешний вид — самое меньшее, что его сейчас волновало. А вот риск не найти на полках супермаркета тот самый ромашковый чай серьезно пугал."
"Но Вселенная была милостива в этот день ко всем безответно влюбленным, и коробочка чая с ромашкой, и ещё целая телега всякой полезной ерунды из отдела для зожников перекочевали к кассе, а затем и в квартиру гостеприимного хозяина.
Василиса к тому моменту уже освоилась на кухне: нашла чашки, вскипятила чайник, насыпала в менажницу курагу, изюм и орехи, обнаруженные в шкафу.
Начальник, всё еще пребывавший в состоянии аффекта, выгрузил на стол четыре пакета провианта:
— Там много всего.
Не знал, что вы обычно едите. И чай тоже есть. Ромашковый. И облепиховый. И черничный. В общем, разберитесь…
Брови Василисы поднялись от удивления:
— Олег Викторович, не утруждайте себя — я ем обычную еду. Ту, которую все люди едят. Нормальные люди. Не сосиски, конечно. И не чипсы там…
Так. Ладно. Давайте пить чай и пора укладываться спать, нам обоим завтра на работу.
И это прозвучало как-то двусмысленно.
Олег жевал рукколу, которую обнаружил в холодильнике.
Домработница добавляла её в салат маленькими порциями, но Принц решил не ударить в грязь лицом и изобразить прокачанного вегана, подходящего, по его мнению, Хрупкой Фее: «Мы же с тобой одной крови? На фига тебе тот патлатый хмырь?»
А тело жаждало мяса. Мозг орал: «Идиот, разогрей стейк. Нет, пару стейков. Я жрать хочу, а не это вот всё!»
Вентура давился, жевал, но все равно не поддавался: «Можно же один день и на траве пережить? Во имя сближения с феями и не на такое согласишься».
Василиса не стала продлевать мучения Босса, первой поднялась из-за стола, сполоснула за собой чашку:
— Благодарю, Олег Викторович, чай был бесподобен. Спокойной вам ночи!
Лёгкой поступью лесной нимфы она отправилась к себе в комнату.
«Ага. Спокойной? Издеваешься?»
В два часа Полковник в одиночестве жевал мясо на кухне, запивая его чешским пивом. Чувствовал, что без этого «снотворного» ему не уснуть.
