Не только женская часть коллектива возмущенно хмыкала в её адрес, словно девушка увела у них породистого самца, на которого у многих были свои планы. (Кстати, сие недалеко от истины).
Но и мужчины, ранее расплывавшиеся перед Сокольниковой киселём, стали обиженно поджимать губы и обходить стороной.
«Детский сад какой-то», — усмехнулась девушка, и пошла искать своего гения «айтишечки». Уж в десять-то утра он должен быть на работе.
Алекс уютно устроился в кабинете сисадмина, вовсю шаманил над клавой и никого вокруг не замечал.
Василиса знала: когда парень взял след и погрузился в свою стихию — его лучше не трогать. Поэтому лишь поздоровалась и закрыла дверь. Когда что-то накопает — сам придёт и расскажет."
"Вернулась к себе и застала посетителя: у двери тёрся финансовый директор — Владимир Рудольфович Артёменко. Сокольникова пригласила его в кабинет:
— Слушаю Вас, Владимир Рудольфович, с чем пожаловали?
«Серый кардинал» попытался изобразить смущение, но вышло так себе:
— Василиса Андреевна, простите, не хочу вмешиваться в вашу личную жизнь, но боюсь, что пострадает репутация компании.
Ещё при отце Олега Викторовича был наложен негласный запрет на служебные романы. А сегодня мне сказали, что вы и Олег Викторович встречаетесь. Это правда?
И уставился на Василису своими мутными глазами в ожидании каминг-аута.
Сокольникова взяла паузу, выдержала прямой взгляд, а затем тихонько прикоснулась своим Даром к сознанию Артёменко. Мужчина словно окаменел: черты лица исказились в гримасе ужаса, по виску стекла вниз капля пота, он не мог пошевелиться и с мольбой взирал на девушку.
А она просматривала калейдоскоп картинок, окрашенных эмоциями фраз, ярких событий жизни финансового директора. Отмечала, словно стоп-кадром, некоторые моменты, чтобы потом потянуть за эти ниточки. Когда почувствовала, что паника готова затопить разум мужчины, начала потихоньку его отпускать и успокаивать:
— Слушайте мой голос.
Вы зашли ко мне за таблеткой от головной боли.
Всё хорошо. Я дала вам лекарство, вы запили таблетку стаканом воды, и ушли к себе в кабинет.
Больше никаких разговоров не было.
Всё хорошо. Вы просто устали и перенервничали.
Сейчас головная боль пройдёт, лекарство подействует.
Вставайте и спокойно идите на своё рабочее место.
Артёменко как сомнамбула поднялся со стула. Его взгляд растерянно блуждал по стенам кабинета Василисы, словно он не понимал, где находится.
Сокольникова встала:
— Владимир Рудольфович, я Вас провожу.
