Ждите меня около гостиницы, — резко бросил тот начбезу, и сорвался с места, словно под ним рванул снаряд.
Затем вспомнил про друга:
— Костян, оплати счёт. Петрович сказал, Вася после встречи с каким-то хмырём в гостиницу приехала. Убью, на…й! Обоих!
И, роняя по дороге к выходу стулья, Полковник побежал к машине. Забыв про счёт, пальто и своё спокойствие.
Выруливая со стоянки, одной рукой начал массировать грудь:
«С…ка! Как же сердце-то болит, б…ть! Хоть бы не сдохнуть, пока еду…»
***
К гостинице они приехали с Самойловым и его бойцами одновременно.
Ввалились в холл и замерли на месте.
Василиса стояла у стены, обнимала за плечи какого-то высоченного хрена и, закрыв глаза, растворялась в поцелуе.
У Вентуры тут же упало забрало.
Кровь вскипела и бросилась в голову. Красная пелена легла на глаза."
"Ещё секунда, и он бы бросился на противника. В голове азбукой Морзе звучал приказ: «Убить! Разорвать! Голыми руками! Разбить башку! Об стену! Пристрелить!»
Но сердце болело и не давало тронуться с места.
Сжималось до пульсирующей точки, предупреждая: «Одно движение, чувак, и ты труп!»
И он боялся.
Нет, не умереть. Боялся показаться слабым: дёрнуться вперед и упасть, не достигнув своей цели.
Василиса открыла глаза и тут же взяла ими в плен Полковника.
Не моргая, она сняла руки с плеч своего визави, медленно подошла к Вентуре, взяла его за руку. Её прохладная ладонь показывала: «Стой! Чувствуешь, какая я холодная! У меня к нему ничего не горит! Вспомни, как я плавилась на твоих простынях.
Верь своему сердцу, а не глазам. Всё не то, чем кажется!»
И сердце мужчины начало медленно разжиматься, расправлять свои стенки, сбрасывать путы гнева и безумия.
Он ещё несколько минут смотрел в глаза сопернику. Врагу. Противнику.
Человеку, который покусился на самое дорогое, что у него есть — Его женщину.
Кричал взглядом, что покалечит, размажет, убьёт, если между ними что-то есть.
А прохладная ладонь Василисы впитывала жар и жажду схватки. Забирала разряды ярости, бушующие в крови.
Вентура пошёл следом за девушкой, дав себе обещание:
«Не здесь и не сейчас, но надо с этим разобраться. Позже. С холодной головой».
И Василиса успокоилась. Поверила его покладистости, покорности, смирению.
А зря. Определенно, зря…
Полковник не привык отступать…
Глава 25
Пылали страсти роковые…
Домой они ехали в машине Самойлова. Петрович даже мысли не допускал, что шеф в таком состоянии сядет за руль — отправил водителя перегнать его тачку.
