Секретный Дозор

Если нет, то…

— Ты меня не правильно понял. Когда надо? И сколько?

— Я стою внизу. У твоего подъезда, — скромно ответил Сашин. — А по поводу суммы… Ну, десять — пятнадцать. Знаешь, Муромцев, ты не отвечал, и я позвонил Алене. Она рассказала, что ты вчера напился как свинья, и тебя привезли с работы в совершенно невменяемом состоянии. И что раньше десяти утра тебя будить бесполезно.

— Поднимайся, — буркнул я и, бросив трубку на кровать, пошел к двери.

Иосиф Виссарионович был, как всегда аккуратно одет, чисто выбрит и наодеколонен.

— Поиздержался я немного, Сергей. Что-то клиент не идет. Надеюсь, временно.

— Само собой. Лето не за горами, — предположил я. — Люди собираются в отпуска, деревни. Кофе, чай?

— Чай, зеленый, — машинально ответил Сашин и продолжил. — Не в этом дело. Я же не первый год замужем. Слава Богу, стаж какой! И в первый раз на мели…, - я встал и пошел заваривать наш с ним любимый зеленый чай.

Однако себе в этот раз решил сделать кофе. Так сказать для ясности ума, потому что в голове у меня еще не все было в порядке. Боль давно прошла, но соображалось плохо. Голос Иосифа Виссарионовича стал плохо слышен, особенно сквозь вой и хруст кофемолки. До меня долетали лишь отдельные слова.

— …пятый месяц… …на мели…дело….. и одного клиента… …ть…странно….

— Подожди, я сейчас, — сказал я громко, в надежде, что он меня услышит.

Однако голос мой был еще слаб и Сашин продолжал что-то вещать.

Когда я появился в гостиной с подносом, заставленным чашками и тарелками, поскольку решил заодно и позавтракать, Сашин говорил:

— Я не касаюсь юридических фирм, обслуживающих все эти ОАО, ООО и тому подобные образования, но те из них, которые работают с гражданами — являются нашими суть конкурентами. Ты, знаешь, — он схватил чашку, — с каждым годом они отнимают у нас все больше клиентуры. Мой сегодняшний визит к тебе за деньгами — тому яркий пример!

Сев на диван я спросил:

— И давно у тебя так?

— Говорю же, пятый месяц, — и, он принялся заново излагать историю с исчезновением клиентуры.

Я смотрел на него, с удовольствием прихлебывая огненный ароматный кофе и, чувствовал, как ко мне медленно, но верно возвращается способность конструктивно мыслить. По мере просветления ума история Сашиного безденежья меня стала интересовать все больше и больше. А нравиться все меньше.