Секретный Дозор

Сергей уже знал, что обычный, слетевший с катушек вампир, если его во время не остановить, представлял для цивилизации, куда большую угрозу, чем все это стадо скачущих по экрану хвостатых уродцев. С точки зрения Муромцева гораздо рациональнее выглядела позиция отрицательного героя, который хотел провезти парочку этих существ на Землю для опытов. Другое дело, что методы он избрал еще те… Сергей лишь недавно был инициирован, и подлость представителя Компании его коробила вдвойне.

Эту свою точку зрения на фильм Сергей и изложил Алене в кафе, где подавали только сладости и до которых они оба были чрезвычайно охочи.

Муромцевы сидели в теплом, пустующем, по случаю позднего времени зале. Держась за руки, они смотрели на медленно падающие за окном в оранжево-желтом свете уличных фонарей крупные снежинки. Мороз был под минус тридцать, и редкие прохожие торопились, стараясь как можно быстрее добраться до своих квартир. Поближе к горячим радиаторам центрального отопления.

Кроме Муромцевых в кафе сидела еще одна влюбленная парочка, да дремал за кассой хозяин заведения.

То ли турок, то ли азербайджанец. Сергей был с ним немного знаком по одному старому делу. Еще со времени службы в ФСБ. Этот восточный человек приятной наружности был давнишним и надежным осведомителем. Поэтому Муромцев, редко заходил сюда. Он не заходил бы вообще, но заведение обожала Алена и, ему приходилось с этим мириться.

Сергей вспомнил, заданный женой в кинотеатре вопрос и задумчиво сказал, продолжая прерванный разговор:

— Они всего лишь люди, Аленка.

Слабые, жалкие, отягощенные многочисленными пороками и страхами люди. Надо стараться понимать их проблемы. Несмотря на то, что как только у людей появляется маломальская власть, административная, финансовая ли, большинство из них резко меняется. Причем обычно в худшую сторону.

Жена медленно повернула к нему лицо и, помолчав, спросила:

Он не знал, что ей ответить. Поэтому погладил ее еще не совсем согревшуюся руку, поцеловал мягкую ладонь и произнес:

— А мы, наверное, просто хорошие люди.

И таких еще много… Не надо огульно всех ругать.

— Кто, например? Я не могу припомнить за последние годы, что бы мне такие встречались.

— Ирина с Гошей, — улыбаясь, подсказал Сергей. — Не будешь же ты отрицать…

— Разумеется, не буду. Или наши родители, родственники. За исключением может быть дяди Леши. Но их единицы!

Муромцев вспомнил Аленкиного двоюродного дядю. Несчастный безработный алкоголик, от которого ушла жена. И этим он был счастлив.