Секретный Дозор

«Такие порывы надо контролировать, Патрульный! Великий Сумрак! Что бы на это сказала Инквизиция! Чародей хренов. Расчувствовался! Поменьше эмоций и побольше холодного расчета. Так и только так!»

Ирина, не отрывая взгляда от потолка, медленно произнесла:

— Песня хорошая, не спорю. Но как-то все слишком…

— Натурально, — подсказал Гоша жене.

— Да, именно это слово, — согласилась с ним Ирина. — Очень натурально для песенки о нереальном. Я бы даже сказала жизненно. Понимаешь?

— Серёнька, не слушай их, — встряла в разговор Аленка.

— Это не моя песня. Я ее просто пою иногда. Когда просят…, - он чуть не сказал «когда просят наши», но во время осекся. «Совсем разболтался!» — обругал себя Муромцев.

— Ну и пусть, что не твоя. Зато ты ее исполняешь. И очень хорошо! А некоторые, — Алена с напускным гневом взглянула в сторону Гоши. — Не ценят.

— Я вот, что думаю, — задумчиво произнесла Ирина. — А если бы все это было на самом деле? А?

«Так», — подумал Муромцев.

Только открыл рот, как его опередил Гоша:

— Вся эта сверхъестественная чушь, Ириша, это не актуально. Было и прошло…

— А что в наше время актуально? — ухватился за неожиданно появившуюся возможность Сергей.

— Внутриполитическая и международная обстановка! — торжественно провозгласил Гоша. — Разоружение, например. Оно меня сильно беспокоит!

— О боже! — страдальчески закатила глаза Ирина.

Алена прыснула, а Гоша продолжил:

— И нечего надо мной смеяться. Я сейчас вам все объясню.

Сергей тоже не был рад Гошиному коньку, но нудные разговоры о разоружении были все же лучше, чем обсуждение возможности реального существования песенных персонажей… Поэтому он неожиданно для всех поддержал своего друга:

— Слушаем, только короче. Нам с женой домой пора. И так уже засиделись.

— Точно, — сказала Алена, — а я буду пока одеваться.

— И вызови такси, — напомнил ей Сергей.

— Ну и ладно, — не обиделся Гоша. — Слушайте и вы поймете, что я прав! Сейчас снова ведутся разговоры о ядерном разоружении. Так?

— Ну, так, — согласился Сергей. — И что из того? Они почти всегда ведутся. Так сказать перманентно.

После инициации все Гошины политические и военные пассажи Муромцева совершенно перестали интересовать. У Иных собственные проблемы.

— Более того, — делая страшные глаза, продолжил Гоша.