Обнаружив записку, Алена сначала было расстроилась, но потом решила, что может быть все и к лучшему. Сергей не помешает своим ворчаньем пробежаться по магазинам. Поэтому ее время прошло весьма и весьма плодотворно. Выпив кофе, она часа два провела на пляже, а в самую жару скрывалась в местном торговом центре, под названием «Колес». Он находился, «ты только подумай!», всего в полукилометре от отеля. Там, по словам Алены, было все, что душеньке угодно. «И цены совершенно не кусачие. Не то, что в Москве».
Медленно поворачиваясь под тугими струями воды и слушая про торговый центр, Муромцев мысленно вознес хвалу всем богам, что его миновала чаша сия.
Алена наверняка купила, что хотела и теперь больше не потащит его по магазинам. От долгого хождения по торговым точкам Сергею становилось дурно. Сразу начинала болеть и кружиться голова. А еще непреодолимо тянуло выпить и закусить. Даже в тех местах, где продуктов не было и помине.
Подумав о еде, Сергей вспомнил, что не обедал сегодня и что поблизости явно должно быть какое-нибудь местное сосредоточие еды.
Желательно с уклоном в сторону австралийской кухни. Он уже хотел было предложить Алене поесть, как почувствовал, что меняется. «Вот так всегда. Стоит на секунду расслабиться, отпустить контроль над собой и тут же превращаешься в черт знает кого!» — подумал Муромцев, с досадой оглядываясь на свернувшийся кольцом в тесной душевой кабине плоский немного шипастый хвост. Надо было закрыть дверь в ванную комнату, пока Алена не увидела и, Сергей потянулся к двери рукой.
Вот незадача! Это ему только казалось, что рукой. В поле зрения Муромцева показался серовато-зеленый увесистый ласт, снабженный неизвестно для чего тремя крючковатой формы черно-желтыми когтями. «Как же теперь быть?» — напряженно подумал Сергей. Ситуация была крайне щекотливой. Зрение у этого чудища, по всей видимости, было заточено под воду и очертания окружающих предметов, включая дверную ручку вместе с миниатюрным запором стали у него стремительно расплываться. В конце концов, после нескольких неудачных попыток, с большим трудом Муромцев как-то ухитрился зацепить когтем приоткрытую дверь и захлопнуть ее.
О том, что бы запереть речи не могло идти вообще. Гладкая круглая ручка был рассчитан только на человеческую руку. И что было хуже всего, Сергей вообще перестал слышать Алену. «А, будь что будет!», — решил он и, плюнув на дверь, хлопнул правым ластом по крану, перекрыв воду. Потом он кое-как, опустился на пол кабины и постарался сосредоточиться.
